Дети белой крови

И он не умер, когда все мы умерли бы! Вы что, ничего не слышали о нем? Он вошел в запретный мир и победил живущих там монстров, а они наверняка были похуже, чем звери наших захватчиков! Он один уничтожил отряд наемников и сжег помогавшую им ведьму. А теперь, говорят, он владеет высшей магией огня, первоисточником всего пламени на Земле!

Все эти байки были правдой в лучшем случае наполовину. Но поражало уже то, что саламандрам столько известно! Сам Катиджан не спешил откровенничать с нелюдями о своей жизни, да и Эйтиль ни с кем не болтала.

Хотя это не так уж важно. Искреннее восхищение молодых воинов льстило Катиджану. Бессмертный, значит… Пусть так. Это неплохо – ведь есть же Вольный Ветер из клана Интегри, почему бы не появиться Бессмертному из клана Инанис?

Но если молодое поколение засматривалось на его портреты, то старшие саламандры продолжали хмуриться.

– Сивилла мало общалась с Великими Кланами, – напомнила жрица. – Мы не знаем, сколько правды в сказках о Бессмертном, Пламенном и остальных. Мы не можем верить таким сомнительным слухам!

– А чему тогда верить? Время истекает! Мы должны просить клан Инанис о помощи! Если Катиджан возглавит нас, мы победим!

– Вы не можете быть уверены в этом!

– А вы не можете быть уверены в том, что победы не будет! В нашем доме смерть, нам нужен тот, кто способен ее укротить!

Саламандры разделились на два равных лагеря, и Катиджан по опыту знал, что такие разговоры ни к чему не приводят.

Ему не нужно было вмешиваться в это. Запрещено даже! Ведь он ставил под угрозу свою миссию… Хотя какой смысл за нее держаться? Он не преуспел в разведке, так что же, отсиживаться в безопасности, нацепив на себя чужую маску?

Он принял решение быстро – он слишком устал от бездействия. Да и потом, он никогда не обещал безукоризненно исполнять приказы Огненного короля!

– Я знаю Катиджана Инаниса, – заявил он.

Он не кричал, просто говорил уверенно, и его услышали даже через увеличивающийся гул. Саламандры удивленно затихли: похоже, такого они не ожидали. Теперь они присматривались к своему собрату, затаившемуся у стены, пытались вспомнить его, узнать – и не могли. Одно лишь это было рискованным, но Катиджан не собирался уступать, новая игра интриговала его.

– Кто ты? – спросил молодой воин. – Я не видел тебя!

– Я не обязан знать каждого – и каждый не обязан знать меня.