Дети капитана Гранта(изд.1955)

В конце пятнадцатого века все помыслы людей были направлены к тому, чтобы облегчить сношения с Азией и западными путями выйти к востоку. Одним словом, стремились найти кратчайший путь в «страну пряностей». Это и пытался осуществить Колумб. Он предпринял целых четыре путешествия, приставал к Америке у берегов Куманы, Гондураса, Москитного берега, Никарагуа, Верагуа, Коста-Рики и Панамы, причем все эти земли считал японскими и китайскими. И он умер, не подозревая о существовании огромного материка, увы, даже не унаследовавшего его имени.

— Я готов поверить вам, дорогой Паганель, — отозвался Гленарван. — Но позвольте мне удивиться и задать вам вопрос: кто же из мореплавателей правильно понял открытие Колумба?

— Его последователи, начиная с Охеда, который сопровождал Колумба в его путешествиях, затем Винсент Пинсон, Америго Веспуччи, Мендоса, Бастидас, Кабраль, Солис, Бальбоа. Эти мореплаватели проплыли вдоль восточных берегов Америки, отмечая на карте их границы: триста шестьдесят лет назад их несло к югу то самое течение, которое теперь несет и нас с вами.

Представьте, друзья мои, мы пересекли экватор как раз в том месте, где пересек его Пинсон в последний год пятнадцатого века, и мы приближаемся к тому самому восьмому градусу южной широты, под которым Пинсон высадился тогда у берегов Бразилии. Годом позже португалец Кабраль спустился южнее — до порта Сегуро. Затем мореплаватель Веспуччи во время своей третьей экспедиции, в 1502 году, продвинулся еще дальше на юг. В 1508 году Винсент Пинсон и Солис соединились для совместного обследования американских берегов, и в 1514 году Солис открыл устье реки Ла-Платы и там же был съеден туземцами. Вследствие гибели Солиса честь первым обогнуть новый материк выпала Магеллану. Этот великий мореплаватель в 1519 году направился к Америке с пятью судами. Он проплыл вдоль берегов Патагонии, открыл порт Желанный, а также и порт святого Юлиана, где долго простоял. Затем, открыв под пятьдесят вторым градусом широты тот пролив Одиннадцати Тысяч Дев, который со временем получил его имя, Магеллан вышел в Тихий океан. Ах, какую радость он должен был почувствовать, как забилось от волнения его сердце, когда перед его глазами, сверкая под лучами солнца, раскинулось новое море!

— Как бы мне хотелось быть там! — воскликнул Роберт, воодушевленный словами географа.

— И мне бы этого хотелось, мой мальчик, и, конечно я не пропустил бы подобного случая, родись я на триста лет раньше.