Дети капитана Гранта(изд.1955)

Они чувствовали, что все в рассказе этого странного злодея было правдой. «Дункан» не был захвачен им только по не зависевшим от него причинам. Его сообщники собрались у берегов бухты Туфольд, доказательством чего могла служить куртка каторжника, найденная Гленарваном. Здесь они, согласно приказу своего атамана, стали поджидать яхту, а в конце концов, когда им надоело ждать, они, без сомнения, снова занялись грабежами и поджогами в селениях Нового Южного Уэллса.

Первым возобновил допрос боцмана майор: ему хотелось выяснить некоторые даты, касавшиеся «Британии».

— Итак, — спросил он, — вы были высажены на западном побережье Австралии восьмого апреля 1862 года?

— А не знаете ли вы, каковы были в это время планы Гарри Гранта?

— Все же сообщите нам, что вы знаете: самый незначительный факт может навести нас на верный путь.

— Вот все, что я могу сообщить вам, — ответил боцман — капитан Грант собирался побывать в Новой Зеландии. Во время моего пребывания на борту «Британии» это его намерение выполнено не было.

Таким образом, не исключена возможность, что капитан Грант, выйдя из Кальяо, направился в Новую Зеландию. Это согласовалось бы со временем крушения судна, указанным в документе: двадцать седьмого июня 1862 года.

— Ясно, — сказал Паганель.

— Однако в тех обрывках слов, которые уцелели в документе, ничто не может относиться к Новой Зеландии, — возразил Гленарван.

— На это уж я не могу вам ответить, — сказал боцман.

— Хорошо, Айртон, — промолвил Гленарван, — вы сдержали свое слово, я сдержу свое.

Обсудим вопрос о том, на каком из островов Тихого океана будете вы высажены.

— О, это мне все равно, — заявил Айртон.

— Ступайте в свою каюту и ждите там нашего решения, — сказал Гленарван.

Боцман удалился в сопровождении двух стороживших его матросов.

— Этот негодяй мог бы быть настоящим человеком, — промолвил майор.

— Да, — согласился Гленарван. — Это человек умный, с сильным характером. И надо же было, чтобы его способности направились на зло!

— Боюсь, что найти его невозможно.

Бедные дети! Кто мог бы сказать им, где их отец?

— Я могу, — отозвался Паганель. — Да, я!

Читатель заметил, что географ, обычно такой словоохотливый, такой нетерпеливый, почти не проронил ни слова за все время допроса. Он молча слушал. Но произнесенная им только что короткая фраза стоила многих. Гленарван встрепенулся.

— Вы, Паганель? Вы знаете, где капитан Грант? — воскликнул он.

— Да, насколько это, конечно, возможно, — ответил географ.