Дети капитана Гранта(изд.1955)

Несколько минут спустя наши путешественники, завернувшись в свои пончо, уже спали крепким сном.

На следующее утро, в восемь часов, маленький отряд двинулся вдоль тридцать седьмой параллели на восток. Шел он в том же порядке: впереди — мадрила, в хвосте — пеоны. Дорога проходила по плодородным местам: кругом виднелось много виноградников, а также пастбищ с большими стадами скота. Но мало-помалу местность делалась все пустыннее. Изредка встречались хижины растреадорес — индейских укротителей диких лошадей, известных по всей Америке, или какая-нибудь заброшенная почтовая станция, служившая теперь приютом бродяге-туземцу.

Две реки преградили за этот день путь нашему отряду: Раке и Тубал, но в обоих случаях катапац нашел брод, и путешественникам удалось перебраться на противоположный берег. У горизонта тянулась горная цепь Кордильер, постепенно повышаясь и вырисовываясь все более частыми пиками по направлению к северу. Но это еще были только нижние позвонки огромного спинного хребта, поддерживающего могучее туловище Нового Света.

В четыре часа пополудни, после перехода в тридцать пять миль, наши путешественники, встретив среди равнины рощицу из гигантских миртов, сделали здесь привал. Мулов разнуздали и расседлали, и они принялись щипать густую луговую траву. Из ярких двойных мешков — альфорхас — была вынута обычная в пути еда: сухое мясо и рис. После ужина путешественники улеглись на землю и, закутавшись в бараньи пелионы, положив под голову вместо подушек седла — рекадо, погрузились в глубокий, восстанавливающий силы сон.

Катапац и пеоны бодрствовали поочередно всю ночь.

Так как погода была очень благоприятной, то все участники экспедиции, не исключая и Роберта, хорошо себя чувствовали. Раз путешествие это начиналось при таких счастливых предзнаменованиях, надо было этим пользоваться и «понукать удачу», как делают это игроки. Таково было общее мнение.

На следующий день двигались быстро, благополучно переправились через пороги Рио-Бэлль, и когда вечером расположились лагерем на берегу Рио-Биобио, протекавшей на границе между Чили испанским и Чили независимым, Гленарван получил возможность записать в свой дорожный журнал, что экспедицией пройдено еще тридцать пять миль.

Местность не менялась. Край был плодородный, кругом росли во множестве амариллис, фиалковое дерево, дурман и кактус с его золотистыми цветами. В чаще прятались какие-то звери: среди них оцелот — дикая кошка.