Мы целовались, обнимались, сходили с ума на кровати. Я даже призналась, что влюблена в него. А в ответ была тишина.
– У меня большие планы. Даже грандиозные. Но вначале все же придется тебя отшлепать! – Костя однобоко улыбнулся. Как хищник, который уже сцапал свою добычу. – Долго шлепать… Качественно! Чтобы вся дурь вышла.
– А потом?..
– А потом снова пойдем по магазинам. Ювелирным.
– Там нет женского белья и примерочных, – вырвалось у меня с нервным смешком.
– Я найду какую-нибудь кладовку, и будем мерить.
– Украшения?
С сердцем происходило что-то странное. Оно то замирало, будто тоже прислушиваясь. То билось так быстро, словно само готово было бежать по магазинам вместе с Костей.
– Кольца, – с важным видом уточнил Арбенин.
– Ты хочешь… – Горло перехватило.
Это было больше, чем я могла надеяться. Больше, чем мечтала. Настоящая сказка. Но не о принце, а сразу о короле. С империей и детьми.
– Хочу. – Костя положил широкую ладонь на мой затылок и впился взглядом в губы.
– Ты точно мне не снишься?
Невозможно было больше на него смотреть.
Глазам от счастья было больно.
– Давай проверим. – Теплое дыхание обожгло щеки. – На ощупь.
Жадные губы накрыли мой рот, и пол окончательно уплыл из-под ног.
Глава 33. Дорога домой
Костя
Вот чего в моей жизни еще не было, так это близости на больничной койке! Как-то и не мечталось о таком удовольствии. Хватало удобных и широких горизонтальных поверхностей. Однако и с русалками я тоже раньше не встречался.
Если бы не дети, мы, вероятно, заночевали бы в палате.
Я даже готов был на небольшой эротический отпуск в четырех стенах. Не пять звезд, да и жестковато. Но когда Варя стонала подо мной и смотрела как на бога, остальное казалось не таким важным.
Хорошо было! Она постепенно успокаивалась и раскрывалась. Будто это не вторая близость в ее жизни, а как минимум десятая, соглашалась на любые ласки. Сама подавалась навстречу. Как молитву повторяла мое имя и убивала пульсацией и дрожью.
Крыша ехала от того, насколько с Варей было горячо и сладко.
Шалел от нежности и отзывчивости. От искренности и такой же одержимости. Наплевав на соседей, под стук изголовья о стену и скрип пружин я вколачивал в свою девчонку главное.
Как дико соскучился.
Как шизею от нее.
Как сильно она нужна.
И как счастлив, что мне досталось такое чудо."
"Брал ее осторожно и жадно. Приучал к своему темпераменту. Будил в этой скромной, робкой русалке такую же сумасшедшую.
Делал все, чтобы простила и забыла.
