КОРЕНЬ УЧЕНЬЯ
Из ребят нашей деревни только один Федька ходил в училище. Я видел, как он дома, водя пальцем по строчкам, читал букварь и мелом, длинным, как гвоздь, писал на грифельной доске. Федька гордился своей грамотностью. Я говорил ему, что осенью тоже пойду в училище, получу букварь и доску и тоже буду грамотным.
- Черта два! - говорил Федька. - Таким оболтусам, как Буйдины, в жизнь не научиться читать-писать!
Мой старший брат, Терентий, два года ходил в школу и научился только расписываться и читать по складам.
Не повезло в ученье и моему брату Ивану, Однажды учитель, показывая букву «г», спросил учеников, на что эта буква похожа. Ученики дружно ответили, что буква похожа на крюк, которым бабы выгребают из печки угли. Иван хорошо запомнил это. И на другой день, когда учитель спросил его, какая это буква, брат быстро ответил:
- Эго, господин учитель, буква-крюк«.
Его подняли на смех.
Иван обиделся, убежал из класса и больше не стал ходить в училище.
Пример моих братьев убеждал меня, что научиться грамоте - дело трудное.
Но ведь я задумал стать псаломщиком, чтобы можно было вволю поесть пшенной каши, - значит, надо было скорее поступать в школу.
- Может, Васенька, тебе подождать еще годок? - говорила мать. - Тем летом наймешься пастушком, заработаешь денег, батька купит тебе бахилы, тогда и пойдешь учиться. А то как же зимой без бахил будешь ходить?
Ждать, пока отец купит бахилы, - никогда не пойдешь учиться. И разве можно ждать, если Степка и Андрюшка уже собрались в школу? Правда, я моложе их почти на год, но они мои товарищи, а от товарищей отставать негоже.
Рано утром собрались мы втроем и зашагали по дороге в деревню Шуринга. Две с половиной версты от нас до этой волостной деревни, на дальнем краю которой стоит двухэтажный дом училища.
Входим в него, подталкивая друг друга, и попадаем в полутемную комнату с железной печкой под лестницей. В комнате полно ребят.
К нам сразу подходят два долговязых парня, молча оглядывают нас с ног дл головы, и потом один из них спрашивает:
- Что, сопляки, учиться пришли?
- Учиться, - с заискивающей улыбкой отвечает Степка.
- А как учат сопляков, знаете?
В предчувствии надвигающейся на нас беды мы уже все втроем заискивающе улыбаемся.
Второй, молчавший до сих пор парень манит меня к себе пальцем. Я покорно подхожу к нему.
Больше нет надежды на то, что нам удастся миновать беду.
- Наклонись! - приказывает парень.
Я наклоняюсь. Он вскакивал мне на спину. Под его тяжестью я падаю на пол.
