Девяностые. Том первый.

Так, ладно, пока провожу мыльно-рыльные процедуры, есть время подумать. А подумать есть над чем. Не в смысле способов уничтожения цивилизации, пока есть кое-что поважнее. А именно – как не спалить свою взрослость? Не забываем, я взрослый в теле… эээ… А сколько мне сейчас лет-то? Навскидку где-то в районе пяти. Наверное. Точнее сложно сказать – зеркало в ванной висит достаточно высоко, и вижу я в нём только потолок.

Ладно, как-нибудь потом узнаю. Из газет, да. Надо всего лишь сегодняшнюю дату посмотреть.

Ну, или вчерашнюю – вряд ли у нас в доме сейчас есть сегодняшние газеты. Утро же. Впрочем, пофигу, это не так важно, как держать образ ребёнка… Что у меня вряд ли получится – слишком давно это было. Да и постоянно его удерживать… Нет, актёрских талантов у меня хватит, надеюсь, но… Внимания – точно нет. По-любому забуду и спалюсь.

Тогда, может, ну его нафиг? Я, вроде, по рассказам родителей, был не самым обычным дитём. Так почему бы не пойти от обратного? Говорить, к примеру, предложениями и осмысленно я начал раньше года… Хмм… Так, с зубами покончено, теперь в душ.

Пока магия воды привычно превращала меня-зомби в меня-человека, родственники успели разбежаться по своим важным делам. Даже мама взяла в охапку братишку и куда-то с ним отправилась. А я остался в компании бабушки и тарелки манной каши.

Обожаю манную кашу. Именно такую, жидкую, по консистенции больше похожую на суп-пюре. Во взрослом возрасте я далеко не сразу выяснил правильные пропорции.

Состояние утреннего зомби всячески препятствовало простому решению поискать инфу в интернете. В итоге как-то раз мой зомбомозг осилил мысль спросить совета у мамы. Ну а та, в свою очередь, рассказала, что бабушка готовила в пропорциях четыре столовые ложки крупы на литр молока.

Блин, и о чём я сейчас думаю? Явно не о том, что нужно.

Ну… Бабушка моет посуду и моей персоной пока не интересуется. Разве что поглядывает, чтобы не баловался за столом. Значит можно пока не заниматься игрой в четырёхлетнего ребёнка.

Да, мне четыре. Сегодня исполнилось.

Дома я, кстати, остался по причине дня рождения. Удалось кое-как выпросить возможность не ходить сегодня в садик.

Блин, не нравится мне быть бесправным существом. Не нравится упрашивать ради того, чтобы свой день рождения провести так, как мне самому хочется.

Сложно это, будучи взрослым сознанием, погрузиться в шкуру ребёнка. Особенно когда родители весьма авторитарны.