Девятихвостый Богатырь: Путь к бессмертию 1

Курильницы, висящие у каждого дома, дым которых отгоняет лишь слабых духов и мелких монстров, тоже бесполезны против такой твари. Однако взгляд юноши вновь вернулся к одной из них, явно выделяющейся своей дороговизной. Толстые цепи, увесистая металлическая чаша. Чем не кистень?

Краткие мгновения передышки кончились. Конид освободился и рванул на Мирослава, намереваясь пронзить когтями. Однако тот подпрыгнул, оттолкнулся ладонями от морды зверя, захлопнув его пасть, и перелетел через тело монстра. На лету юноша ухватился за цепи курильницы.

В отличии от металлических звеньев цепей, шест, на котором они крепились, оказался совсем не таким прочным. С пронзительным хрустом дерево лопнуло под весом юноши, переломившись пополам. Мирослав приземлился и развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, что конид выбрал цель полегче и уже приблизился к торговцу Ждану.

На этот раз пасть существа захлопнул удар увесистой железной чаши, которая приобрела немалый импульс после того, как юноша ловко раскрутил её перед атакой.

Внимание монстра вновь переключилось на Мирослава. Тот принялся вращать курильницу восьмёрками, создавая вокруг себя шлейф из ароматного дыма. Обломанное деревянное крепление вполне походило на рукоять, так что это было не так уж сложно для опытного бойца. Юноша принялся медленно пятиться, отводя конида за собой.

«Чтоб тебя. Это ведь столица седьмого княжества. Где стражники, когда они так нужны?» — подумал Мирослав, продолжая пятиться и пристально следить за движениями монстра.

Тот в несколько пружинистых скачков сократил дистанцию и попытался цапнуть юношу своими кривыми клыками. Но удар курильницы вновь сбил его с траектории движения, да ещё ранее прикрывавшая благовония крышка не выдержала такого надругательства и распахнулась. Угли из чаши высыпались на морду твари, а один, похоже, даже попал в глаз. По крайней мере, взвывший конид ухватился когтистой лапой за место, где находилась одна из его покрасневших выпученных зенок, а другой принялся хлопать себя по морде.

«Этого недостаточно… Конид слишком крепкий, а мои удары его лишь разъяряют. Если бы только я мог атаковать силой духа…»

Но всё, что был способен сделать Мирослав в данный момент — лишь временно ускорять своё тело, сжигая скудные запасы живы, что доступны ему до пробуждения. Да и то, лишь благодаря знаниям, сохранённым после перерождения.

Монстр кончил отряхиваться и вновь кинулся на юношу.