— А она подружку привела. Та всё и сделала, — пропела Амалия.
— Какую ещё подружку? — предчувствие было отменно неприятным, а госпожу Гобер вообще не так часто посещали предчувствия.
— Ну эту, как её, Розмари, Марироз, Розовую Мари… Шестерёнку, короче, — сообщила Джейд.
Госпожа Гобер застонала. Господи, за что ей это всё? Что опять вытворила эта ужасная девчонка?
Она схватилась за магическое зеркало и вызвала профессора Дормира.
— Этьен, ваша студентка угробит нас всех! — сообщила она первым делом.
— Какая именно студентка и для чего ей это понадобилось? — осведомился Дормир на том конце.
— Студентка Стил!
— Чем вам снова не угодила бедняга Мэри-Роуз?
— Приходите с ней, немедленно. И разбирайтесь!
Через четверть часа исходная троица студентов жалась друг к другу на диване у стены, а перед столом госпожи Гобер стояли, понурившись, Ванесса Там, студентка кафедры магических коммуникаций, и Мэри-Роуз Стил, студентка кафедры артефакторики. Профессор Этьен Дормир вежливо улыбался из-за спины своей студентки.
— Ну, мне сказали — помочь, я и помогла, — пробормотала студентка Стил, иначе Шестерёнка, теребя конец длинной каштановой косы.
— Что именно ты сделала? — спросил Патрик.
— Они меня попросили, чтоб объявление было видно примерно везде, я так и сделала. Самые широкие настройки. За пределами Франкии — насколько это возможно.
— Ты так и сформулировала? Насколько это возможно?
— Ну да. А что — мне поставили задачу, я и решила.
— Так, хорошо. Показывай настройки.
Дальше госпожа Гобер смотрела, как Патрик с Дормиром и студенткой расковыривают магические настройки злополучного объявления, потом он отправил студентов прочь, всех, а сам попросил госпожу Гобер связаться с профессором де ла Моттом, ректором.
Тот как только услышал о любопытной коллизии, так сразу же изъявил желание прибыть, и появился через четверть часа.
— И что у вас здесь?
— А вот взгляните, профессор, — показал ему свои выкладки Патрик.
Профессор отличался нездоровым любопытством ко всему подряд и весьма широким спектром способностей.
Если кто и разберёт, что тут наворотили — то только он.
Он посидел, посмотрел, потрогал пальцем экран.
— Красиво, что. Что думаете делать с творцом сего великолепия?
— В зависимости от того, что там, — сощурился профессор Дормир.
Уж конечно, он за свою балбеску горой.
— Я вижу, что там для человека не оказались препятствием даже границы нашего мира.
— Что? — не поняла госпожа Гобер.
