Он оказался у темно-синей «мазды», габариты которой внушали мне уверенность в том, что ее обладатель твердо стоит на ногах. Еще мгновение — передняя дверца открыта. Заминка — и Влад подходит ко мне с черным зонтом. Мужской зонт, размер которого позволяет нам обоим прекрасно спрятаться от дождя. Еще через пятнадцать минут мы подъехали к «Фениксу».
— Если у вас нет планов на этот вечер, я приглашаю вас на открытие моего салона, — глядя Владу в глаза, улыбаясь, произнесла я. Как мне стало страшно услышать отказ, но, к счастью, мое приглашение было с радостью принято.
— С удовольствием, — Влад взял мою руку и нежно поцеловал. — Спасибо. Вы избавили меня от мук. Я все не мог найти достойного повода, чтобы продолжить знакомство.
— Разве бывают поводы достойные и не очень?
— Банальное приглашение поужинать мне кажется недостойным вас.
— А я бы, возможно, приняла его, — заметила я, выходя из машины. Влад вышел из машины и заботливо подал мне руку.
Уточнив время начала праздника, оставив пригласительный, я удалилась грациозной походкой.
Я шла, чувствуя, что мне смотрят вслед. Мне это было приятно. И когда через несколько часов я увидела вошедшего в холл салона Влада, я поняла, что снова живу — я была влюблена. Долго находиться в состоянии ожидания этого чувства — и пытка, и наслаждение.
— Рада вас видеть, — принимая из рук Влада букет белоснежных роз, я вдохнула их нежный аромат. Это было новым — белые розы. Наверное, это должно было означать начало совершенно иных отношений, таких, которые мне были необходимы и которые никто из моих мужей и любовников не мог мне дать.
Влад сделал мне предложение в этот же день. Помню, как Вася негативно отнеслась к тому, что я снова решила броситься в водоворот нового романа. Она не говорила этого прямо, но я достаточно хорошо ее знала, чтобы понять, что она думает по поводу происходящего. К тому времени она уже давно и счастливо была замужем. Уверена, что будь Васька в армии одиноких женщин, ряды которой я в то время пополняла, она бы высказалась прямо.
Но собственное замужество не позволяло ей сделать этого. Варька Правдина сохраняла абсолютный нейтралитет, за что я была ей благодарна. Так что, не обращая внимания на Васю с ее недоверчивым взглядом, на доводы собственного рассудка, который просил немного подождать, через три дня я дала согласие на этот третий и пока последний брак в своей жизни и после скромной росписи укатила с любимым в Европу.
