— Я даже боюсь представить, какие выводы ты можешь сделать, — тихо и, как мне показалось, испуганно произнес Артем.
— Могу сказать.
— Нет! Я должен видеть твои глаза!
— Без глаз никак нельзя? — Я отошла от окна и почему-то направилась к двери кабинета.
— Никак.
— И сколько мне ждать? — иронично поинтересовалась я.
— Несколько мгновений.
— Даже так?
— Открой дверь, и я у твоих ног!
Я подбежала и рывком открыла дверь. Преклонив одно колено, передо мной стоял Нилов. В одной руке — мобильный, в другой — огромный букет алых роз.
Это было волнующее зрелище. Чуть поодаль я увидела улыбающуюся Галю. Я погрозила заговорщице пальцем.
— Я прощен? — На лице Нилова появилась такая очаровательная улыбка, что я тут же растаяла. Мне не захотелось ни понарошку, ни по-настоящему устраивать ему головомойку.
— Проходи! — Я приняла букет и посторонилась, пропуская Артема в кабинет.
Едва за нами закрылась дверь, он стал целовать меня, покрывая беспорядочными поцелуями мое лицо, шею. Он взял мои руки и прижался горячими губами к ладоням.
— Следовало отругать тебя, но я не стану этого делать, — принимая искренние проявления нежности, заметила я.
— Конечно, не станешь. — В его синих глазах плескалось море нескрываемого желания.
— И знаешь почему?
— Знаю, — он не дал мне договорить, осторожно прикрыв мой рот своей ладонью. — Потому что мы — идеальная пара. При таких отношениях нет места упрекам и недоверию. Я ведь не собираюсь просить у тебя отчет о прожитых без меня днях.
— И что дальше в программе идеальной пары? — вдыхая аромат его одеколона, поинтересовалась я.
— Дальше? — Нилов оглянулся на дверь. — Попроси свою очаровательную помощницу, чтобы нас какое-то время не беспокоили ни посетители, ни звонки.
— Я не могу этого сделать! — испуганно ответила я, догадываясь, к чему клонит Нилов.
— Ну, в конце концов, у тебя обеденный перерыв?
— Да, заканчивается.
— Отлично. Ты согласна получить на десерт мои горячие объятия?
— Я уже запираю дверь…
Выглянув из кабинета, я жестами показала Гале, чтобы нас не беспокоили.
Она понимающе кивнула и улыбнулась. И потом настало время райского наслаждения. Мой рабочий стол в этот понедельник сослужил мне отличную службу. Я обнимала Нилова, вдыхала запах его одеколона. Его ласки были изысканны. Полны нежности и несдерживаемого желания. Я ощущала себя счастливой, избавившейся от всего лишнего, напускного (я имела в виду прежде всего свои не к месту разгулявшиеся лесбийские наклонности).
