— Как мне следует это понимать?
— Вам больше не о чем беспокоиться, ваше сиятельство. Как я и сказал, ваше поручение было особым для меня. Оно выполнено, а вы просили вернуть вам кинжал…
— Это отличные новости, магистр. Вы очень правильно сделали, что решили сообщить их мне…
В этот момент я почувствовал, как теплая волна прокатилась по моему телу, а на лице появилась улыбка. Какое огромное облегчение. Надо же, я даже не знал, что когда узнаешь о смерти своего последнего врага, становится так приятно.
Необычное чувство… Облегчение, и в то же время, нечто новое, будто внутри меня стало как-то непривычно пусто.
— Вы здесь, граф? — спросил старик и отвлек меня от моих мыслей.
— Да, я просто немного задумался, магистр. Благодарю за работу, а что касается кинжала — пусть пока побудет у вас. В ближайшее время у меня намечена командировка и как только она закончится, я дам вам знать.
— Как угодно, Владимир Михайлович. Спокойной ночи вам. Хороших снов.
— Вам также всего доброго, магистр.
Я отключился, глубоко вздохнул и чмокнул в макушку Соловьеву, дремавшую на моем плече.
— Что-то случилось, любимый? — спросила она сквозь сон.
— Да нет, все хорошо, — сказал я и погладил ее. — Спи…
— А кто звонил?
— Да так… Один милый старикан решил поделиться со мной хорошими новостями.
— А-а… Хорошие новости, это прекрасно, — прошептала она и зевнула.
— Ты даже не представляешь себе, как ты сейчас права, любимая…
* * *Местом сбора Департамент выбрал Московскую Императорскую Академию Мироходцев, что было очень верным решением.
Ехать недалеко, территория закрытая и большая — просто отлично.
В этот день студентам было на что посмотреть и обсудить. Понятное дело, что на территорию тренировочного центра Академии, где все и происходило, никого из них не пускали, но это им и не требовалось.
Сам факт того, что к ним пожаловало одновременно такое количество Мироходцев, говорил о том, что происходит нечто грандиозное.
Да еще и Император нагрянул собственной персоной, когда такое было-то?
Впрочем, Николай Александрович надолго не задержался и вообще был очень серьезен. Пожелал нам всем удачи, а также пообещал закатить грандиозный пир после нашего возвращения.
В том, что мы обязательно вернемся с победой в руках он даже не сомневался, что было неудивительно — я даже представить себе не могу пессимистично настроенного Романова. Это не в его стиле.
