Мы медленно продвигались вперед, поджаривая это розовое нечто заклинаниями и освобождая себе путь. Какое-то время это успешно работало, но ровно до того момента, пока мы не уперлись в место, которое все сплошь было заполнено этой розовой дрянью.
Заклинания против нее здесь не сработали так, как раньше — она не хотела убираться в стены. Но можно было выжигать ее… Просто пробивая дорогу себе в этом сплошном куске мяса…
Не могу сказать, что эта была какая-то особо сложная задача — просто жарь и все. Однако был другой нюанс — все это требовало огромных затрат магической энергии, потому что мы практически не останавливались.
Будто безумные мы шарашили ее заклинаниями, пробивая проход, сменяя друг друга, чтобы отдохнуть… Казалось, этому не будет конца. Вонища стояла просто ужасная. Почему-то особенно мерзко воняла эта дрянь, когда электромаги жарили ее молниями… Ох и запах… По сравнению с этим жареная селедка — просто дивный аромат, которым нужно давать наслаждаться за деньги…
В какой-то момент мне в голову даже закралась предательская мысль — может быть и в самом деле стоит прекратить этот огненно-молниевый Армагеддон? Мы расходуем магическую энергию и уже даже выпили по одному «Оптимуму», а этому розовому дерьму не видно ни конца, ни края… Что если и в самом деле попробовать зайти с другой стороны? Ну а если уже не получится, тогда уже продолжить здесь.
Нет, не пойдет. Будем пробиваться! Если ошибся, то значит пусть будет моя только вина! Распыляться на все стороны, так никакой энергии точно не хватит.
Дождавшись своей очереди, я со всей злости шарахнул Огненным шаром в самый центр этой субстанции, и он с громким взрывом проделал в ней дыру.
— Ну наконец-то… — выдохнул Сазонов, который стоял рядом со мной. — Я уж думал мы никогда ее не прорвем…
Мы молча смотрели на дыру и рваные края розовой обугленной плоти, которые болтались как грязные тряпки.
Вот же… Еще не начали толком, а чувствовали себя так, будто уже к самому последнему кубу подобрались…
Глава 8"
"Где-то там впереди слышался шум, будто все время что-то двигалось.
На мой взгляд, это было похоже на лифты, но я мог ошибаться. Разве можно было говорить о чем-то наверняка находясь внутри этой странной штуки?
— Кто у тебя погиб? Кто-то из новеньких? — спросил я у Сазонова, пока мы приводили себя в порядок и восстанавливали силы.
— Да нет, на этот раз из стареньких. Новенького я бы вперед не отправил, — мрачно ответил он. — Петр Данилов. Мы с ним с самого начала вместе.
