Девятый конвой

Генерал-майор Волков не любил, когда взошедшее солнце светило ему в лицо, а единственное окно в кабинете выходило четко на восток. Он закончил телефонный разговор, откинулся в кресле, угрюмый, невыспавшийся. В кабинете приглушенно гудел вентилятор. Полковник Гуревич, подтянутый мужчина слегка за сорок, помялся, сел на краешек стула.

– Докладывай, Владимир Иванович. – Генерал-майор пристально посмотрел ему в глаза.

Он видел, что его заместитель был напряжен. Вряд ли утро начиналось с хороших известий.

– Боюсь, у нас чрезвычайная ситуация, Александр Сергеевич.

Могу ошибаться, но что-то здесь не так. Сейчас десять утра. Колонна с грузом для Холмодола уже два часа находится в пути. Скорость передвижения – примерно сорок километров в час. Дорожное покрытие не очень качественное, приходится преодолевать воронки. Примерно десять минут назад оборвалась связь. В колонне не работают рации и сотовые телефоны. Нестеров связался с нами по спутниковой станции – она имеется только у него. Дмитрий Алексеевич встревожен, ему показалось странным, что пропала связь. У меня такое ощущение, что колонна вошла в зону радиопомех. Они проехали Осинники, в данный момент пересекают заболоченную низину, в которой нет населенных пунктов. Чрезвычайных происшествий не было. Колесо реанимобиля напоролось на осколок, но ребята быстро поставили запаску. Несколько минут назад мы снова пытались связаться с конвоем, но из этого опять ничего не вышло. Не ответил даже спутниковый телефон Нестерова. Возможно, он вышел из зоны действия спутника, но это маловероятно. Что-то не в порядке, Александр Сергеевич. Не в подвале же они сидят!

– Вызывайте, Владимир Иванович, постоянно пытайтесь связаться.

– Мои люди это делают, Александр Сергеевич.

– Что, по-твоему, это может быть, полковник?"

"– Прорабатываем все варианты. Низина, магнитные помехи естественного происхождения. Но в этом случае связь просто прерывалась бы, была бы неустойчивой, не говоря уж о спутниковом телефоне. Знаете, Александр Сергеевич, мне еще вчера вот что показалось странным.

Поначалу Киев решительно отверг нашу помощь людям, пострадавшим в Холмодоле, а потом вдруг разрешил доставку груза, лишь поставил условие, чтобы никакого оружия и охраны.

– Киеву не привыкать действовать нелогично, – сказал Волков и пожал плечами. – С такой-то дурью, которая сидит в головах у тамошних властителей!..

– И все равно это странно, Александр Сергеевич. Не думаю, что у них вдруг резко проснулась жалость к пострадавшим.