Девятый конвой

– Так барак называется. Его когда-то в желтый цвет покрасили. Третий по счету, если от ворот смотреть. Утром прибыли, там расположились и почти не выходили. У них командир – майор Заяц. Он их вывел на улицу примерно час назад. Мы решили, что они уезжают. Но ему по рации кто-то позвонил, и он обратно своих парней загнал.

– Решили перестраховаться, еще посидеть, – сказал Кротов. – Задача усложняется, командир.

– Нам не привыкать, – заявил Вадим и пожал плечами. – Полагаю, война с украинским спецназом – это что-то незабываемое.

Точным ударом между глаз он отправил толстяка в нокаут и бегло осмотрелся. Три тела в живописных позах. Ну что ж, уже меньше. Глаз – алмаз. В ближайшие два часа они точно не очнутся. А потом долгое лечение в госпитале.

Выходя на улицу, он громко бросил:

– Героям слава! И больше не спать, бойцы!

Ремарка предназначалась часовому, торчавшему на крыльце, где его прикрывали темнота и столбик. Возможно, еще один бродил по периметру.

Продолжалась мягкая зачистка местности. Двое мужчин вскарабкались в машину.

Грузовик покатил по дорожке вокруг спортплощадки и неухоженных клумб, развернулся и через полминуты задним ходом подъехал к крыльцу. Сержант Чобот машинально натянул стояночный тормоз и получил удар по загривку тупым металлическим предметом, как пишут в официальных протоколах. Вадим удержал его в сидячем положении, пристроил голову к задней стене кабины. Со стороны могло показаться, что водитель просто задремал.

Двигатель работал, светили фары. Поколебавшись, Вадим их выключил.

Незачем привлекать к себе дополнительное внимание.

Метрах в ста за углом стояло вытянутое одноэтажное строение, со стен которого уже давно облупилась краска. Это и был тот самый желтый дом, третий в ряду, прячущийся за деревьями. В окнах плясали отблески. Ох уж эти специалисты по светомаскировке! На крыльце кто-то был.

«Не подходите, парни, – подумал капитан. – Потом поговорим. Рядовое событие. Прибыл грузовик, доставил очередных врагов Украины».

Никто не подошел. Вадим покинул кабину, с опаской посмотрел на небо.

Еще немного, и оно начнет покрываться предутренней серостью. Бойцы ругались, стаскивая на землю так называемых пленных. Цымбал в запале увлекся, начал переигрывать, отвесил чувствительного тумака Елисееву, изображавшему особо важного врага. Илюша возмущенно замычал. На роль сепаратистов были отобраны исключительно молодые – Елисеев, Макаров и Данилевский. Веревки у них на руках были не затянуты, для освобождения требовалась пара секунд.