Девочка Аллигатора

Пристально смотрит в глаза.

– Страстная... Необъезженная. Ты станешь моей очень скоро.

Медленно качаю головой. Взгляд его одурманивающ, я не могу оторваться от его глаз. Сердце у меня просто колотится.

– Не стану, – тихо, и, как могу твёрдо, отвечаю я.

Облизываю губы. Они пылают просто... До сих пор на них чувствую скольжение его языка... Автоматически, как–то само собой, но тут же, спохватившись, поджимаю их. Ещё не хватало, чтобы он подумал, что я...

– Уверен, – глядя мне в глаза, произносит он, – ты – мокрая.

Меня будоражит это всё... Против моей воли... Да что же ты делаешь–то со мной... Ну, что я тебе сделала?

– Но я не дотронусь, – добавляет он. – Не коснусь. Поспи с этим. Поёрзай на кровати, желая секса. Почувствуй, что сопротивление тебе не на руку. Чем больше ты сопротивляешься сейчас, даже мысленно, тем сильнее хочешь.

– Не хочу, – медленно мотаю головой я.

– Хочешь, – чуть усмехнувшись, спокойно кивает он. – Я вижу твои зрачки.

Теперь он качает головой.

– Нет. Это кое–что покруче вина.

И оставив меня с этим, он уходит вперёд. А затем, оглянувшись и пожелав доброй ночи, уходит в третий салон.

Дверь за ним закрывается, а я всё стою там же, где он меня целовал.

Сама не своя, опускаю руку и касаюсь лобка... Скольжу пальцами вниз... Даже сквозь платье я чувствую, понимаю, что он был прав... Я действительно промокла... И теперь у меня там так потягивает и приятно и тревожно как–то, что я...

...чувствую себя неудовлетворённой.

И гоню от себя эти мысли.

Не разрешаю себе даже думать об этом.

Но это трудно. Если вообще возможно.

Потому что в душевой комнате я...

...я касаюсь пальцами киски.

Просто касаюсь и всё.

А потом поднимаю руку и ошарашенно смотрю на пальцы.

Кончики такие мокрые, будто я сунула их в озеро.

А киска сжимается, расжимается и сжимается вновь... Выделяя новые порции влаги...

Сволочь ты, Аллигатор... Гад... Зачем ты это сделал со мной? И как мне теперь спать?!

Я не хочу ласкать себя. Не хочу даже вновь трогать.

Просто тщательно вытираюсь, надеваю пижаму, купленную в ГУМе и, ныряю в заботливо застеленную наверное стюардами кровать.

Укрывшись тонким одеялом, прислушиваюсь.

Может мне кажется, а может нет, но я слышу шум воды в душевой соседнего салона. А ещё... тихие, возбуждённые, едва не растворяющиеся в музыке, голоса Даши и Ивана за дверью.

Придерживая пахнущее свежестью накрахмаленное тонкое одеяло, переворачиваюсь набок, лицом к стене. Укрываюсь им почти с головой.