Девочка Да Винчи

Я не хочу потерять работу, не хочу, чтобы меня выгнали с волчьим билетом, и вообще…

- Зря ты не пришёл в театр, я познакомилась там с мужчиной, так что…

- Что? – острые иглы ревности впиваются в кожу, буравят как свёрла, жалящие, разрывающие плоть. – Варя, ты что? Ты же… ты сама говорила, что у нас с тобой всё всерьёз?

- Я передумала, Да Винчи. И потом… я считала, что и у тебя всерьёз, а ты…

- Ничего. Сам подумай. Ты бросил меня ради какой-то… девчонки. Защищаешь её. И вообще…

- Не разговаривай со мной в таком тоне.

Это раз. И… найди себе девочку по возрасту, которая будет терпеть твой глупости.

- Всё, прощай, не ходи за мной.

Я сошла с ума! Я его поцеловала…

Боже, как стыдно! Как… как обидно.

«Ты замечательная, правда. Но… я люблю Варю».

Он любит Варю! Я знаю. Конечно. Я даже не рассчитывала…

Нет, не правда. Я не могу врать себе! Я хотела, очень хотела верить, что его помощь, его поддержка, это не просто так, по дружбе. Хотела верить, что тогда, два года назад, в день моего семнадцатилетия Даня не играл.

Аришка заставляет меня вынырнуть из этих болезненных воспоминаний и мыслей.

Она давно съела суп и фрукты, которые я ей положила, и мультик уже досмотрела. Нужно с ней позаниматься. А у меня в голове совсем не прописи и не букварь.

Что он обо мне подумал? Что я чокнутая? Набросилась на него с поцелуями…

Сгораю от стыда. Даже Аринка замечает, что у меня щеки красные.

Мне не нужно общаться с Даней.

Это ни к чему не приведет. Страдать от неразделенной любви я могу и издалека. А он… Пусть любит свою Варвару Михайловну!

Вспоминаю, какой шок я испытала, когда их увидела…

Я в тот вечер планировала убрать греческий зал и несколько аудиторий на втором этаже. Было уже довольно поздно, занятия закончились. Мне казалось, что все уже ушли. Аринка сначала была со мной, потом пошла в нашу комнатку – я её проводила, включила небольшой телевизор, дала альбом. Сестра тоже любила рисовать, занималась в студии.

Я попросила её не выходить, поднялась к аудиториям.

Открыла греческий зал, зажгла свет.

Я успела увидеть, как Даня её обнимает – одна крупная ладонь вжималась в её спину, другой он обхватывал затылок. И губы… губы к губам. Так страстно, жарко…

Мгновение, и Варвара Михайловна отпрянула, в ужасе глядя на меня. А Да Винчи… Да Винчи был такой растрепанный, ошалевший. Я запомнила его сумасшедший взгляд.