Девочка Давида

Сейчас мы войдем в дом, ты дашь отбой своим выродкам и вы все свалите из моего дома.

— Куда торопишься? Заказ горит, Басманов? — сплевывает, злится.

— Горит, — сквозь зубы, — делай как я говорю…

Раздался выстрел.

Это был первый этаж. Комната справа, в которую я должен был попасть первым. Я сразу понял: убили мужика.

— Сука!

Я взревел.

Взбросив руку, воткнул ребро пистолета ему в хребет. Шах упал ладонями на землю без сопротивления.

— Я уеду, — соглашается вдруг, — сам избавишься от семейки. Мне же чище.

— Чем чище? Муками совести ты не страдаешь, — сплюнул яро.

Я схватил его за шкирку, оглушил для верности и затащил в дом через черный вход. Тяжелый, падла.

Тени ходили по первому этажу. Ждали, пока девчонка и женщина проснутся и придут на выстрел. Я знал эту схему: они собирались убить их здесь. Так меньше следов и телодвижений.

— Вставай! Вставай и забирай своих шакалов!

Эмин ухмыльнулся и качнул головой:

— Максимум, что я сделаю, я уйду. Остальное — не мои заботы. Можешь убить меня, но ты этого, конечно, не сделаешь.

Помахав ладонью, Шах ушел и оставил свои заботы на мне.

Я не знал почему он не хотел выполнять поручение отца, но я явно облегчил его участь. Муки совести были написаны на его лице — эта ночь могла стать его наказанием.

Я тогда не заострил на этом внимание.

Тихо вошел в дом и проник в нужную комнату. Возле кровати я нашел бездыханное тело.

— Олег. Прости, что это сделал не я.

Ярость затмила глаза.

Ублюдки Эмина выполнили мой заказ. Все должно было случиться иначе.

На лестнице послышались шаги.

Со второго этажа донесся звонкий голос:

— Папа? Папа, что случилось? Папа, где ты?!

Меня бросило в пот. Девчонка. Его ребенок.

Она спускалась вниз.

Глава 15

Жасмин

Я кричала.

Во сне.

Даже этой тихой июльской ночью мне снилась весна. Почти рассвет, в котором папы больше нет.

Мне снилась первая встреча с Давидом. В ту ночь я услышала выстрел и бегом спускалась со второго этажа. Тогда я и нарвалась на его сильные руки.

Помню, как вскрикнула, как засуетилась. От страха за маму, за папу. И немного за себя. Я тогда еще не знала, что папы больше нет. А позже увидела на руках Давида кровь и все — я тогда все поняла.

— Это просто сон, — успокоила я себя.

Сон и мое прошлое.

Я вытерла слезы, отдышалась и вспомнила, как меня ругала Наталья Александровна за то, что я очень слаба и что я вообще за всю беременность набрала всего около восьми килограмм.

Наверное, это было плохо.