Девочка Давида

Переспали пару раз, и ты забеременела. Теперь у нас дети. Брак официальный. Ты принадлежишь мне и по-прежнему нравишься. Кивни, если понимаешь.

Кивает. Я с предвкушением раздеваю ее дальше.

— Я больше не хочу слышать имя Дианы. Слышать о той весне. Раз в год мы будем ездить на могилу твоих родителей, на этом все. Исправим памятник, чтобы там были только двое. Нет больше Кристины. Есть Басманова Жасмин. Моя законная жена.

— Панина. Тоже ошибка?

Жасмин смущенно прикрывает руками грудь, которые я тут же насильно опускаю.

— Она отказалась тебя спасать. Но если бы ты сразу все рассказала мне, жертв можно было бы избежать. Ошибки случаются.

Я притянул Жасмин к себе и одним движением снял с нее трусы.

Треск ткани.

И полностью обнаженная Жасмин.

Ее кожа моментально покрылась мурашками. Твердые соски уперлись в мою грудь. Жасмин подняла лицо — ее щеки покраснели, на губах появился сочный цвет. В глазах небольшая дымка желания.

— Чувствуешь, как я хочу тебя, красивая?

— Чувствую.

— Я возьму тебя сегодня, — предупреждаю хрипло.

— Хорошо.

Жасмин поцеловала первой. Поднялась на носочки, прильнула грудью и подставила свои губы на растерзание.

В паху моментально стало напряженно.

Война была.

Слезы были.

Секса еще не было. И сегодня я хочу его получить. По осоловевшему взгляду Жасмин понимаю, что она испытывает то же самое.

— Еще вопросы будут, ревнивая?

— Больше нет.

Жасмин задирает голову и смотрит на меня с вызовом. Я перевожу тяжелый взгляд на ее губы.

И кое-что понимаю.

Даже если Жасмин снова начнет кричать, что ненавидит меня, я уже ни черта не остановлюсь.

Глава 36

— Поцелуешь меня? — спрашивает Красивая.

Смотрит с вызовом, но при этом жутко боится. Последний раз мы трахались почти год назад — ничего друг о друге не зная.

Почти что чужими.

Ничего не поменялось — только с той разницей, что теперь Жасмин начинает привыкать ко мне. Я заставляю.

— Впрочем, — набирается смелости, — я сама.

Мысленно усмехаюсь.

Самостоятельная она у меня.

Поднимается на носки, льнет к груди и прижимается губами к моим. Осторожно, почти робко целует, а меня током прошибает. Приятно, когда она сама. Когда вот так ластится, грудью трется. Возбуждает непроизвольно.

Но долго так не могу — ее медлительность выводит на крайности. Перехватываю инициативу в свои руки. Целую глубже, агрессивнее. С ней иначе сложно. Слишком она горячая, слишком желанная для меня.

— Мм… — стонет Жасмин в губы.