Девочка Давида

Давно положила драгоценности в шкатулку и оставила в детской, чтобы ни к чему не прикасаться.

Ближе к концу вечера я не понимаю, для чего я сюда приехала. Я смотрела на празднующих коллег сквозь призму того, что происходило в особняке.

Сквозь ухмылку Эльдара.

Сквозь его прессинг и неприязнь ко мне. Я единственная не прогибалась под ним. До последнего. Пока в его кулаке не появился козырь в виде Ясмин и Эмиля.

К черту.

Мне здесь делать нечего. Отпив немного апельсинового сока, я посмотрела на часы и резко спохватилась.

Десять. Ровно.

У меня есть час, чтобы добраться до дома. Я оглянулась в поисках Людмилы, но не нашла ее. Мероприятие планировалось до полуночи, коллеги в разгаре веселья.

Схватив сумку и зимнюю одежду, я выскользнула из ресторана на морозный свежий воздух. Я одевалась по пути к машине и так же судорожно искала брелок с ключами.

Щелкнула сигнализация. Наконец.

И вместе с тем за спиной прозвучал мужской голос.

— Жасмин!

Боже, нет. Только не сейчас. Не здесь. Не Слуцкий.

Оглянувшись, я ускорила шаг.

— Извините, я очень спешу!

— Не совсем. Машина должна прогреться.

Он все-таки подошел. Я нервно вставила ключ в замок зажигания и повернула. Раздался щелчок, и все.

Машина не завелась.

Ни с первого, ни с десятого раза.

— Черт! — воскликнула я.

— Эй, успокойся. Ладно? Дай посмотрю, выйди из машины, — предложил Слуцкий.

— Андрей… Андрей Владимирович, вам лучше уйти.

Но Слуцкий не уходил, и машина не заводилась.

Сдавшись, я выбралась из салона.

За нами следят.

Я чувствовала, знала.

И машина не заводилась — я почти верила, что это дело рук Эльдара.

— Я покопаюсь под капотом, это займет немного времени, — сообщил Слуцкий, — в детстве с отцом только так машины разбирали.

— Нет, не нужно. У меня нет времени. Я оставлю машину здесь и вызову такси.

Время близилось к половине одиннадцатого, когда очередное такси отказалось ехать по моему адресу. Спрос большой, свободных машин поблизости нет.

Щелкнула сигнализация — Слуцкий пригласил меня в свой внедорожник.

— Назови адрес, куда ехать.

Я назвала улицу и дом. И попросила высадить меня на въезде в наш поселок.

— Как скажешь, — миролюбиво ответил Слуцкий.

Сесть в автомобиль чужого мужчины или опоздать и остаться за воротами особняка?

Что хуже?

Я выбрала первое. На глаза наворачивались слезы, но я упрямо стискивала челюсти.