Катя поморщилась от омерзения и незаметно для себя сжала руки в кулаки. Как же она ненавидела этого мерзавца! Сначала родители, потом и дедушка учили её относиться к людям по поступкам, как те того заслуживают. Потапов ничего, кроме омерзения, у неё не вызывал.
«…покажи мне свои трусики. Знаешь, ни разу не видел трусики на целке. Они уже высохли, Катерина? Или они у тебя ещё мокрые…»
Эти слова будут преследовать её до конца жизни. Капитан, носивший на погонах звезды, опустившийся до насилия над беззащитной девушкой.
Катя грустно улыбнулась. Тогда почему Коваль не вызывал у неё омерзения?"
"Она надеялась, что придет время, и Потапов получит по заслугам за все свои злодеяния. Она же наверняка не первой была. И не последней.
Катя снова вздрогнула, когда в салон нырнул Михаил.
– Поехали, – он ударил рукой по перегородке, отделяющей их от водителя.
Катя молчала. Она заметила, что поверенный Генерала вернулся с черной папкой. Что в ней – оставалось только догадываться.
– Михаил, ответьте мне лишь на один вопрос: всё хорошо?
Мужчина хмыкнул.
– С какой стороны посмотреть.
Впору было рассмеяться. И стоило спрашивать?
Они тронулись и снова куда-то поехали. Катя обхватила плечи руками и посмотрела на сопровождающего.
– Я вас понимаю, Михаил. Очень хорошо. Но вы меня злите. И мне вас хочется ударить.
Ей, наконец, удалось получить от мужчины хоть какую-то скупую эмоцию. Эта была демонстративно медленно приподнятая бровь.
– Даже так?
– Да.
– И чем же я тебя разозлил?
– Не вы. Вы – лишь часть картины.
Один из её составляющих. Вам не сложно намекнуть мне, немного меня успокоить. Вы – опытный мужчина. Скорее всего, также из бывших военных. Скорее всего, спецвойска. Или ФСО. Вы сдержаны, молчаливы, идеально выполняете поручения. Скорее всего, владеете определенными техниками, позволяющими вам распознать эмоции собеседника. Жесты, мимика, положение зрачков. К чему я это говорю? Вы знаете, насколько я сильно нервничаю. Вы же поняли: я решила, что меня возвращают в СИЗО. Два последних дня заставили нас всех изрядно понервничать.
Кого-то в большей степени, кого-то – в меньшей. Я – самое слабое звено. Ничего не знаю – раз. Без положения на будущее – два. Я не говорю, что меня надо жалеть. Меня жалеть не надо. Жалость от мужчины – неправильно. Тем более, от малознакомого и бывшего офицера. Хотя вы можете и не быть бывшим, тут я могу просчитаться. Я не анализировала вас. Не было необходимости. Но мы не на войне, чтобы я вызывала жалость у офицера.
