сокращая расстояние между ними и сразу лишая её личного пространства.
Меньше минуты, и генерал рядом.
— Здравствуй, Катя, — негромко и почти обыденно сказал он.
После чего склонил голову, одновременно приподнимая её подбородок двумя пальцами и накрывая её губы своими губами.
Глава 12
Если бы Катю ошпарили кипятком, она бы испытала меньше эмоций.
Поцелуй?
Обжигающие и вроде как сухие, но такие чувственные губы касались её. Не просто касались, а захватывали, пробуя и встречая.
Катя впала в ступор. Самый настоящий.
Она ожидала чего угодно, даже того, что её сразу проводят в спальню, где товарищ генерал уже голый и в полной боевой готовности ожидает её.
А тут… поцелуй.
Словно любовник, что долго не видел. соскучился, не удержался и сразу заключил в объятия.
Властную руку, что легла на затылок, она заметила позже. Слишком ошарашена была.
Само присутствие Коваля рядом дезориентировало. За эти дни она успела позабыть, какой он огромный. Плечи, рост, сама комплекция. Ей бы немного прийти в себя… Надо было по дороге собираться с духом, а не сейчас, когда тебя прижимают не к мужскому телу — к скале.
Ни единой мягкой мышцы, все подобны камню, монолиту, который сдвинуть просто нереально.
Да и захват её головы не позволял никуда деться. Катя не думала о сопротивлении, но всё же предпочла хотя бы намёк на то, что ей будет предоставлена свобода действий. Нет, некоторые предпочитают сразу обездвиживать.
Катя не отвечала на поцелуй. А смысл? Ковалю это надо? Она сильно сомневалась.
Если бы ему от неё нужна была хотя бы какая-то эмоция, желание, чувство, если бы он ставил цель покорить, завоевать её, пробудить в ней чувственность, вел бы себя иначе. Генерал — взрослый мужчина, она по сравнению с ним соплюшка. Во всех, причем, планах.
Абсурдность мысли, которая сейчас пронеслась у Кати в голове, едва не заставила девушку рассмеяться. Хорошо, что губы заняты. Она серьезно подумала, что Руслану Анатольевичу важны её эмоции?
Какой была наивной дурой, такой и остается.
Его язык ворвался внутрь её рта. Властно и по-собственнически. Катя даже охнула.
На долю секунды потеряла контроль над телом, подняла руки и уперла их в мужскую грудь. Правда, вовремя пришла в себя и удержалась от того, чтобы не попытаться оттолкнуть. Злить хищника, в чьем логове она находилось, пагубная затея.
Она позволяла делать со своим ртом, губами, что Ковалю заблагорассудится.
Стояла и ждала, когда он прекратит терзать её.
