Он-то понял, почему она его перебила. И ему не понравилось.
— Прекрасно.
Его лаконичность вводила Катю в легкий ступор. Да, человек военный, немногословный. Но опять же, подобные характеристики откуда пошли в народ? От тех, кто воевал. Кто Родину защищал. Современные военные — больше карьеристы.
Хотя кто их знает. Катя не знала. Коваль первый военный, с которым столкнула её Судьба.
Он отпустил её. На этот раз не взял за руку. Развернулся и пошел к одной из дверей. У Кати побежал холодок по спине. Она не жаждала продолжений нежных порывов, но и злить его не хотела.
Он вроде бы сказал, что её не тронет. Но где гарантии, что не передумает?
Катя на негнущихся ногах, с бешено колотящимся сердцем, заставила себя пойти следом. Тело было словно не её. Она пыталась реанимироваться, заставить себя проснуться, как ей, верно, сказали, отмереть, но пока получалось откровенно плохо.
Никогда двоечницей не была, а тут не слушалось тело посылов мозга. Оно словно начало жить отдельной жизнью, выдавая её с головой.
Ванная тоже поражала. Катя никак не могла свыкнуться с размерами комнат в этом доме. Сколько же сюда денег вложено? Катя одернула себя. Нашла время считать чужие деньги."
"Комната была выполнена в черно-белых тонах, много серого. Разделена на два отсека. Сначала Катя увидела душевую, пенал, шкаф, умывальник двойной. Далее шел дверной проем без двери. Там, видимо, и находилась джакузи. Значит, ей туда.
Она зашла вовремя. Как раз, чтобы увидеть, как Коваль раздевается, снимает с себя борцовку, чтобы кинуть её тут же, на пол.
Катя поспешно отвела взгляд. Чем меньше она будет смотреть на мощное мужское тело, тем безопаснее для её психики.
Джакузи выглядело именно так, как Катя видела в журналах. На возвышении, как на постаменте. И больше ассоциаций вызывала с мини-бассейном, чем с ванной.
— Раздевайся, Кать.
Он уже успел включить воду. А где пена? По классике жанра в джакузи добавляют пену. Пена скроет тело, хотя бы верхнюю часть.
Раздевайся… Это она уже проходила.
Катя, по-прежнему не глядя на Руслана, начала раздеваться. Дежавю, иначе и не скажешь. Только стены не грязно-серые, не холодные, не давящие. В самой же атмосфере мало что изменилось.
Катя раздевалась методично. Платье, лифчик, трусики. Всё аккуратно сложила и положила на тумбу. Выдохнула и лишь тогда распрямилась и повернулась к Ковалю.
Она не зажималась, не пыталась прикрыть грудь или лоно. Зачем? Мужчина там всё уже видел.
