Девочка для генерала

Глава 20

Руслан поставил её на пол в ванной, и ловким движением снял платье.

– Катя, не думай, что сегодня от меня отделаешься быстро. И если я сейчас увижу в твоих глазах страх, я тебя отшлепаю. Без всякой сексуальной подоплеки. По жесткому. Когда как наказывают.

– Если ты думаешь, что эти слова должны меня приободрить…

Катя приглушенно и коротко рассмеялась.

Передышка закончилась. Катя, пошатываясь и ещё окончательно не придя в себя, хотела прямо здесь рухнуть на пол и хотя бы прийти в себя.

А тут ей говорят, что быстро не отделаешься.

Она и не сомневалась, что то, что было у них на подоконнике – разогрев.

Она была готова на «долго и по-взрослому».

Иначе и быть не могло.

Грохаться на пол не хотелось, и Катя, поддавшись инстинкту, сделала единственное правильный поступок в данной ситуации – прижалась к Руслану. Вернее, позволила своему телу податься в его сторону. Крепкая рука тотчас обвила её поясницу.

– Воробушек?

Какое забавное прозвище он ей дал. Почему именно Воробушек? Потому что постоянно дрожит от страха? Наверное.

Катя уточнять не стала. Ей было всё равно, как он её называет, лишь бы без матерных слов.

Кстати, обращение «маленькая» ей не нравилось куда больше. Оно царапало изнутри, навевая мысли о романтике и нежных чувствах. Катя могла представить, что к ней так обращается молодой человек, испытывающий симпатию и желающей ей сделать приятное, подчеркнуть её беззащитность, и его готовность стать ей опорой по жизни.

От Генерала подобное обращение вызывало недоверие.

Катя мысленно улыбнулась. Она слишком загоняется по мелочам. Он, скорее всего, всех любовниц называет «маленькими».

– Что? – она улыбнулась и в реальной жизни. – Руслан, меня немного штормит, а ты почему напрягся. Такое ощущение, что ты от меня постоянно ждешь какой-то неправильной реакции. Твои слова про страх и то, что ты меня готов отпороть – не отшлепать – тому подтверждение. Перестань меня пугать.

Катя, не смотря в лицо Генералу, уткнулась ему в грудь.

Спокойнее.

Он на самом деле был напряжен, она не преувеличивала. По её представлениям, мужчина, что только что кончил, получил разрядку, должен расслабиться, этот же стоит с окаменевшим телом.

Она его чувствовала. Всего. И «стояк», кстати, тоже.

Но больше чувствовала даже не телом, а общим восприятием. От него исходила волна отнюдь не тепла или заботы. А какой-то настороженности, что заставляла обостриться инстинкты. Но с Катей было что-то не так.