Девочка для генерала

Конечно, а тут опальный генерал. Обвиняемый в хищении нескольких миллиардов рублей. Найденных на одной из его квартир. В мешках.

Особенно возмутило общественность то, что деньги находились в мешках. Пресса раздула до неимоверных масштабов. Мол, генералы воруют столько, что не хватает банковских ячеек, приходится хранить в специальной квартире. Ну-ну. Ещё писали, что эти деньги едва ли не ментовский «общак», хотя какое отношение он имел к ментам, непонятно. Но журналистам не всё ли равно, из чего раздувать скандал? Лишь бы читали, тиражи росли, остальное – побоку.

Некоторым очень активным быстро заткнули рот.

Не туда сунулись, ребята.

И не к тем.

Как говорят в России: если кого-то сажают, значит кому-то это надо.

Руслан, выматерившись, бросил папку с делом Кати на кровать, скинул с себя футболку и начал тренироваться. Независимо от того, где он находился и в каком состоянии был, тело должно работать. Всегда. Инстинкты хищника, присущие любому солдату, позволили ему выжить там, где другие ломались. От вида крови, от жары, от подставы своих же.

От собственной лени. Некоторые забывали, что враги везде. Расслаблялись.

Генерал – никогда. Слишком честолюбивый. Слишком о многом мечтавший. Он всегда был перфекционистом. С самого детства. Стремился, чтобы у него было то, что он хотел. И он знал, как это получить. То самое для себя определившее «самое лучшее».

У каждого оно было своим.

Как и определение слову «счастье».

Руслан отжимался. Потом делал упражнения на пресс. Потом удары кулаками по стене.

Разбивая костяшки в кровь, выгоняя дурь из головы. Голова должна оставаться свежей. Незатуманенной, незадурманенной.

А ещё он считал. Умножал числа. Тренировка нужна не только телу.

Час. Именно столько он тренировался минимум каждый день.

Выдохнул, тряхнул головой, отчего капли пота полетели в разные стороны.

И лишь потом Генерал посмотрел на кровать. Его взгляд зацепился за папку.

Что ж, Воробушек, вот пришло и твоё время.

Через пять минут Руслан достал кнопочный телефон, нашёл в адресной книжке нужный номер и нажал на вызов.

Дождался ответа и коротко сказал:

– Коваль беспокоит.

* * *Катя умирала.

Она не знала, что с ней происходило. Ничего хорошего – точно.

Она лежала на кровати, свернувшись клубочком, и тихо постанывала.

Как же больно…

Болел низ живота. Сначала тянуло, теперь появились спазмы. Казалось, у неё внутри всё разрывалось.

Она не притронулась к еде, что ей принесли от Коваля. Только пару сладостей съела.

Трусики надела.