Девочка для генерала

Даже зверь внутри него на доли секунды перестал дышать, полностью сосредоточившись на своем Воробушке. Коваль был уверен, что его уже ничто не может удивить.

Хотя, думая о Кате, он предполагал, что его звериная сущность, алчная и ненасытная, может повестить на чистоту. На незапятнанную невинность. На честность в глазах и словах.

Она зацепила его. Основательно так. Не красота. Не идеально соблазнительное тело и ни с чем не сравнимая куночка. Другое.

Но пока то другое отходило на задний план. Всё же уступив место животной потребности в обладании телом.

Катя нажала на мочалку, провела ей от ключицы ниже, к груди.

– Я не представляю, как можно научиться кончать.

Сам Коваль поймал себя на мысли, что ему чертовски нравится её голос.

– Сначала научишься при мне себя трогать.

– Зачем?

– Чтобы перестать замирать.

– Ты любишь смотреть? – её дыхание сбилось, словно она оказалась удивлена своей догадливости.

Хитрая маленькая зараза… И да, наблюдательная. А ещё у неё острый язычок и не менее острый ум, который она не спешит проявлять.

– Люблю, – рокочуще ответил он, демонстративно останавливая взгляд на её груди. Мочалка скрыла один сосок. – И хочу, чтобы ты показала мне себя. Разведи ноги. Шире…И продолжай мыться.

Она развела ноги.

Недостаточно.

– Шире, я сказал.

Она сделала, как он приказывал.

Руслан не выдержал и подался вперед, но в этот момент услышал, как сработал сигнал рации.

Глава 14

Их прервали.

Катя ничем не выдала своего облегчения.

– Домывайся, и продолжим в спальне, – бросил генерал, поднимаясь во весь рост, чем снова немало её смутил и частично испугал.

Она смогла выдохнуть лишь когда он вышел из комнаты.

Не может быть… её пронесло?

Катя быстро начала скрести мочалкой по коже. Как же хорошо, черт побери! И плевать, что генерал мог в любой момент вернуться.

Она была готова.

Да. Катя всё для себя определила.

В джакузи она нежилась недолго. Ни к чему.

Помылась и вылезла."

"Перед ней встал вопрос: во что одеваться.

Не оденет. Вот не оденет и всё тут. Надоело. И платье, и нижнее белье, что она стирала изо дня в день. На продолговатой белой консоли висело несколько халатов. На одном из них она и остановилась. Если она гостья в этом доме, то никто её оговаривать не будет, если она позаимствует кристально белый махровых халат, в котором, естественно, утонула. Зато он был чистым и пах свежестью.