– Ну, сестра, сказать тебе помягче или привычным языком выражаться? – вытирает руки грязным куском ткани.
– Все плохо, да? – спрашиваю, понимая, что хороших новостей для меня нет.
Кто бы сомневался. Праздник всегда обходит мою улицу стороной.
– Тут полный кабздец. На семь косарей ремонт встанет, и то потому, что ты не чужая.
– С-сколько?
Чуть не роняю стаканчик.
– Из, семь тыщ, тачка твоя стоит немногим дороже небось, но там до фигища повреждений.
– Я поняла тебя. Спасибо, Крис.
Выхожу из салона в дождь. Сезон вечной сырости открыт.
Прикрываю на мгновение глаза и собираюсь с силами. Нужно ехать домой и собирать вещи. Как-то договариваться с Робом о тачке.
И самое ужасное, что я даже не представляю, как можно решить подобною проблему."
"Открываю дверь ключами, прохожу в темное помещение. На ощупь включаю свет, привычно ориентируясь во мраке.
Мой благоверный все так же храпит на диване. Принимаюсь неторопливо собирать свои вещи. Немного нажила. Что сказать. Все умещается в одном чемодане.
Вытаскиваю ключи из толстовки и кладу в пепельницу в прихожей.
Звук получается довольно громким.
– Вернулась, Иза? Бухло принесла? – раздается хриплый голос и уже через секунду Роб садится на диване.
На мгновение жмурюсь.
Я нахожусь в коридоре, а он в комнате. У меня горит тусклый свет единственной лампочки, висящей под самым потолком, а он во тьме комнаты. Я вижу только силуэт, но подмечаю, как быстро встает и идет в мою сторону.
– А это что ты тут надумала, а, Иза?
Произносит зло и, жмурясь, проходит в коридор, обдавая меня зловонием перегара.
– Че-то я не понял, ты это куда с чемоданом-то? – чешет сальный затылок, а я сильнее обхватываю ручку чемодана и, если что, готовлюсь запустить ему в голову горшком с моими цветами, которые я тоже забираю. Погибнут ведь в этой конуре с этим алкоголиком.
Разозленный мужлан нависает надо мной, а я все о растениях своих думаю. Не хочу, чтобы погибли, не хочу запускать ими по темечку своем бывшему, но, если пойдет в наступление, я сумею себя защитить.
– Роб, не знаю, помнишь или нет, но мы с тобой успели порвать.
На миг высокий голубоглазый блондин выглядит потрясенным, моргает пару раз, пытаясь осмыслить то, что я ему сказала.
А я разглядываю симпатичные черты, на которых уже стоит отпечаток алкоголизма, и меня корежит. Больше нет моей половинки, за которую я так когда-то держалась. Финал. Дальше Робу падать, наверное, некуда. Мы долго шли вниз по наклонной, и наконец пришли к облику, который уже не пропадет.
