Слушаю пульс и сердцебиение, прислушиваюсь к дыханию.
— Это обморок, — говорю вслух больше, чтобы самому успокоиться. Беру графин с водой, лью себе на ладонь и смачиваю Арине виски, лицо, грудь.
Она дергается и открывает глаза.
— Все хорошо, малыш, я здесь.
— Уверен, что это та информация, которая ее успокоит? — Феликс заглядывает через плечо и обращается в Арине совсем другим тоном: — Ари, этот гондон что-то тебе сделал?
Арина с удивлением оглядывается по сторонам, словно не может сообразить, где она. Приподнимается на локте и со стоном валится обратно.
— Нет, — шелестит на выдохе и закрывает глаза.
— Позвольте, синьоры, — сквозь толпу охранников протискивается мужчина с медицинским чемоданчиком. Я так и думал, что у Ди Стефано есть собственный лазарет.
— Все вышли, — поворачивается к своим людям Феликс, припечатывает меня взглядом. — И ты тоже.
Ну как припечатывает. Думает, что...
— А не пойти ли тебе... — начинаю и натыкаюсь на внимательный взгляд Аверина.
Он стоит на пороге, привалившись плечом к дверному откосу, и покусывает зубочистку.
Чуть заметно кивает в сторону коридора, выходит вслед за охраной.
— Ладно, — встаю с края кровати, уступая место медику, — хер с тобой, северный олень. Все равно я отсюда ее заберу.
Выхожу из комнаты и иду на поиски Аверина. Нахожу его в каминном зале, задумчиво рассматривающим настенную мозаику.
— Отличная работа, — говорит он, показывая на стену. — Хочу и себе такую заказать. Как думаешь, Феликс поделится контактами мастера?
— Ты даже представить не можешь, насколько мне похуй, — отвечаю искренне и чистосердечно.
Аверин кивает, как будто именно этот ответ и ожидал получить.
— Значит, ты готов купить акции и влезть во весь этот пиздец? — спрашивает безо всякого перехода. — Ты хорошо подумал? Может, все-таки оставишь эту работу профессионалам?
— Стебешься, да? — поднимаю брови. Он пожимает плечами. Стебется, конечно. — Я не хочу, чтобы Арина дальше во всем этом варилась. Так что готов.
— Я так понимаю, не перегорел, да? — неожиданно спрашивает Аверин, и я не успеваю выставить защиту.
Или он ее так пробивает, не знаю. Но вместо того, чтобы послать его нахуй, я просто отрицательно качаю головой.
— Только давай без этих всех разговоров про касту одиночек и неуязвимость, — поднимаю руку в предупреждающем жесте.
— Договорились, — подозрительно покладисто соглашается Аверин, — иногда уязвимость это не так уж и хуево. Главное, чтобы было кому прикрыть твою задницу.
