— Моим братьям повезло, у них хорошие жены. И я не могу допустить, чтобы какая-то дрянь нами манипулировала.
Неправильный ответ, Демид Ольшанский.
Ты ни слова не сказал о маленькой девочке, которой неосторожные действия и поступки могут причинить вред. Твоей семье на неё наплевать. И тебе, и твоим братьям.
А ведь я почти готова была признаться...
— Я не знаю эту женщину, Демид. Я никогда ее не видела. Извини, тебе пора, — беру в руки телефон, и через секунду за спиной Ольшанского вырастают две тени.
— Демид Александрович, можно мы вас проводим?
Он пристально вглядывается в меня, ничего не говорит, только кивает охранникам:
— Можно.
Только я сам дойду, — разворачивается и так же стремительно идет к выходу.
Глава 17
Демид
А говорят, машину времени до сих пор не изобрели.
Ещё как изобрели. Я только что на ней полетал. Так сука полетал, что наебнулся со всего размаху. Мордой в пол.
Все как три года назад. Один к одному. Только дом в этот раз получше, не та убогая лачуга, в которой Арина сидела, влипнув в стол.
Иду, не разбирая дороги, за спиной с обеих сторон псы Винченцо. Сколько их тут? Мои люди на них все время натыкаются. Ничего узнать невозможно, что хоть как-то связано с Ариной и ее воспитанницей.
Я не мог позволить, чтобы меня выкинули как щенка, нассавшего посреди комнаты. Пришлось уйти самому, хотя на языке вертелась сотня вопросов.
Я собирался их задать. Целый блядь список в уме держал. И про психосоматику ее, и зачем ей понадобилось обращаться к Винченцо. Что такого он для неё сделал, что ей пришлось брать на воспитание его крестницу?
А спросил только про болезнь, и все.
И она закрылась.
— Куда едем, Демид Александрович? — осторожно спрашивает Андрей.
«На хуй, Андрюха. Не знаю, куда ты, а я туда, куда меня прямым текстом послали. Нахуй»."
"Но отвечаю, что едем в отель обедать. Заказываю еду в номер и сажусь с сигаретой и кофе на балконе с видом на океан.
Я уже снова в состоянии себя контролировать, это с ней со мной какая-то херь творится.
Не могу объяснить, почему у меня такое чувство, будто меня отбросило в прошлое на несколько лет.
Все было как тогда — она сначала обрадовалась мне. Пусть не показала, пусть сумела сдержаться. Это раньше не умела, все на лице было написано.
Сейчас научилась. Умело скрывает свои чувства. Но это все равно была она, та моя Арина. Моя девочка из прошлого. Из нашего общего прошлого.
Ее глаза выдали, вспыхнули и загорелись, когда я вошел на террасу и сел напротив.
