— Я не просил тебя вообще запереться дома! Я хочу, чтобы ты в школу мою не ходила.
— Так ты сам меня цепляешь, — резонно отметила она, и я не мог не согласиться с разумностью ее доводов, но, конечно же, только в своих мыслях. — Если бы ты ко мне сам не лез, вот как сейчас, Дина бы и не ревновала ко мне. Что ты мне теперь предлагаешь? Остаться без образования, нажить проблем с новым мужем матери, да и с ней самой тоже, лишь бы исполнить прихоть какого-то мажора? Ну уж нет! Разбирайтесь между собой сами и прекратите в это впутывать меня.
— Если ты туда пойдешь — пожалеешь об этом, — сказал я ей.
Кристина уставилась на меня.
— Архип, — позвала она меня, и мы встретились с ней взглядом. — Я не могу понять: за что ты так взъелся на меня? В чем моя вина перед тобой? Это я должна на тебя обижаться. Забыл?
Нет, отчего же… Прекрасно все помню.
Слишком хорошо помню каждый эпизод, связанный с тобой, девочка.
Именно поэтому мне так сильно хочется избавиться от тебя. С глаз долой — из сердца вон.
В чем твоя вина?
Ты слишком красивая, Снежинка.
Ты слишком мне…
Что? Нравишься?
Ну, это уже было бы чересчур.
Но меня к ней однозначно тянет, и тянет так, что мне просто трудно с этим бороться. И все это действительно могло бы кончится для нас всех плохо. Можно считать, что у меня какое-то дурное предчувствие, что если мы не остановимся сейчас, потом может быть туго…
Впрочем, она только что оттолкнула меня при попытке поцеловать ее. Сложно себе представить, что однажды она мне ответит, и мы перейдем некую черту, после которой уже ничего вернуть обратно будет невозможно.
Я хотел ее поцеловать. Какое-то неосознанное до конца желание, мания…
Просто так хотелось коснуться ее губ своими и узнать, есть ли на них тот самый вкус клубники, который я ощущал от нее постоянно.
Дурацкая идея, я знаю. И очень хорошо, что Крис не дала совершиться этой глупости. Или… я все же больше жалею, что это не произошло?
А она не захотела меня. Оттолкнула. Сказала, что я сошел с ума."
"И это неожиданно было больно и унизительно.
Потому что сам я очень редко хочу проявлять подобные телячьи нежности. А в ответ — брезгливость и страх.
Да, вопреки всему где-то в глубине своего сердца я хотел почувствовать от не другие эмоции в мою сторону. Но знаю, что этому никогда не бывать, как и Снежинка никогда не узнает, как же меня штормит от ее нереально красивых голубых глаз с белыми ресницами…
— Ты просто бесишь меня, понятно тебе? — ответил я лениво, навесив на лицо маску равнодушия.
