— Нет, красивый, — погладила она меня по рукавам идеально сидящего пиджака. — Ох и повезло твоей Динке с мужем…
— Мам, я… — начал вроде говорить я, но осекся. Мама всегда ко мне относилась теплее отца, но я знаю, что и она эту затею не одобрит. Но рано или поздно мне пришлось бы все равно сообщить
семье, что мои планы изменились. — Я не женюсь на Динке.
— Сынок, — перестала улыбаться она и развернула меня к себе. — Что ты сказал?
— Я не хочу жениться на Динке, — повторил я.
— Почему? — растерялась мама.
— Потому что я не люблю ее, — честно ответил я.
— Но ведь… Ведь раньше тебя все устраивало. Разве нет?
— Устраивало, — повторил я за ней. — Вот именно! А я хочу, чтобы меня не устраивало, а чтобы я любил.
Мама нервно заходила по комнате, обняв себя руками. Потом остановилась и устремила взгляд на меня.
— Папа уже знает?
— Нет пока.
— К лучшему. Пока не говори ему.
— Почему?
— Ну, пока не стоит. Он то уверен, что у него тылы прикрыты…
Я знаю, о чем мама говорила. Что женитьба на Динке увеличит влияние моего отца.
Отец Дины — лидер самой главной партии, но замешан с криминалом и большим бизнесом — это все знали. Влияния у него было больше, чем у моего отца в роли мэра… Тем более, что отец пост оставляет, осталось всего полгода. А его место займет Завьялов Владимир — отец Дины… Конечно, он его в кашу перемолет, если я от Динки откажусь…
Но что мне теперь делать? Продаться на благо семьи, как на невольничьем рынке?
— Любить хочешь? — хмыкнула мама.
— Да, хочу, — ответил я. — А что?
— Да ты знаешь, сыночек, что это за зверь-то такой — любовь? Ты знаешь, как это больно бывает? Далеко не все браки, созданные по великой любви, крепкие и настоящие.
— Может быть, — пожал я плечами. — Но вы с папой лишаете меня возможности об этом узнать. Я, может, вообще жениться не хочу пока. Куда мне торопиться? Мне в следующем году только девятнадцать, а вы меня в загс пихаете, лишь бы свое положение удержать.
— А может, ты просто влюбился в кого-то? — спросила мама, заглядывая мне в лицо.
— Я…
Перед глазами появилось красивое лицо Крис с нежными чертами и голубыми глазами в обрамлении белых длинных ресниц… Она улыбалась мне своими полными губами, а ее светлые волосы развевал ветер.
— Вы чего там копаетесь? — услышал я строгий голос отца позади себя.
47
— Да вот, — улыбнулась ему мама. — Запонки прикалывали. Посмотри на своего взрослого сына, Олежа.
— Да, — похлопал меня по плечам отец, которого я уже перерос. Маму — тем более. — Орел вымахал.
