Надеюсь, она умеет…
Выбрал пару книг, на случай, если одна из них совсем не угодит, оплатил, положил их в фирменный пакет и отправился в другой магазин: купил для Кристины симпатичную чашку, ложку, пачку хорошего тростникового сахара и один из своих любимых чаев — пирамидки с запахом шоколада. Под такой чай читать книги довольно прикольно.
Когда покупки были сделаны и лежали на переднем сиденье авто, я направился уже в больницу.
Машину пришлось оставить на парковке и идти до приемного покоя пешком.
С пакетом для Кристины я подошел к стойке с администратором.
— Здравствуйте, — сказал я. — Как мне увидеть Кристину Калистратову? Вот данные.
— Здравствуйте, — отозвалась девушка и забрала из моих рук стикер с информацией о Кристине. Затем она подняла снова глаза и окинула меня взглядом с головы до ног. Оценивающим. Наверное, считала в уме, сколько может стоить моя куртка и белые кроссы. — Вам нужно пройти на третий этаж, палата триста семь. Только наденьте бахилы. Чистые есть в боксе на входе.
— Хорошо, спасибо, — ответил я и вернулся ко входу, чтобы взять пару бахил, которые затем натянул на кроссовки.
Поднялся на третий этаж и нашел нужную палату. Замер у двери, не решаясь постучаться. Она меня сразу пошлет, интересно, или еще ведро мусорное на голову наденет?
Да и мне ее видеть радости нет никакой — из-за нее столько всего свалилось мне на голову. Лучше бы она вообще не появлялась на этой вечеринке чертовой… Принесла ведь не легкая. А еще эта белобрысая коза мне не ответила на смс.
Вообще офигела… В кои-то веки сам пишу девчонке, а она со мной в динамо играет…"
"Ну ладно, что тут — до ночи стоять? Надо идти, стелиться перед ней. Иначе отец меня разнесет в пух и прах.
— Да, — услышал я с той стороны двери, когда все-таки постучал.
Я получил разрешение и вошел в палату.
Крис так и замерла с телефоном в руках. Я остановился на пороге, и наши глаза встретились. Да, радости в ее взгляде не было вообще, что неудивительно. Сначала она смотрела ошарашенно, широко распахнув голубые глаза в обрамлении светлых длинных ресниц, потом недовольно поджала губы и опустила глаза на свои руки.
— Привет, — сказал я единственное логичное, что можно было сказать в этой ситуации.
И она промолчала.
Коза. Бесит. Неужели так сложно ответить на приветствие или я не заслуживаю даже этого? Или может, ее не учили, что из вежливости стоит отвечать, раз уж с тобой поздоровались?
— Слушай, я… — заговорил тогда я сам.
