— Я тебе уже говорил, — тихо сказал он мне в губы.
— Что?
— Что ты нравишься мне, Крис. Очень. Черт возьми, Снегурочка! Ты мне снишься. Я уже совсем с ума сошел, настолько я бредил твоими губами, проклятье ты мое…
От его слов почему-то захотелось расплакаться. То ли они настолько тронули меня, то ли напугали. Ведь теперь нам будет сложнее расстаться.
А придется…
Никто не даст нам быть вместе, никогда не даст.
Лучше не начинать ничего, чтобы после не было очень больно.
Впрочем, теперь уже все равно будет — у нас есть воспоминания, мы узнали вкус друг друга.
— И что нам с этим делать? — спросила я, будто бы Архип мог ответить на этот вопрос.
— Ничего, — ответил он. — Жить. Скажи мне."
"Он снова поймал мой подбородок и потянул на себя, чтобы наши взгляды встретились.
— Что сказать?
— Что я тебе тоже нравлюсь, — почти прошептал мне, с надеждой вглядываясь в меня. — Ты меня с ума сводишь, Крис. Не может быть, чтобы такие чувства были не взаимны.
Я молчала. Не знала, что отвечать.
Конечно, мое сердце тут же забилось в ответ, а губы так и хотели сказать, что да — ты нравишься мне, Архип.
Очень нравишься.
Ты сводишь меня с ума ничуть не меньше.
Но если я это скажу, то там надежду, что между нами что-то может быть.
Он не оставит меня в покое, и мы оба за это поплатимся.
За свою слабость.
За глупость.
За недальновидность.
— Не молчи же… — ласкал он мое лицо пальцами, заставляя меня плавится как воск. Хотелось снова закрыть глаза и просто наслаждаться этой нежностью мужских пальцев…
— Я… Я не знаю, — ответила я.
— Не знаешь? — переспросил он.
— Я не понимаю, что испытываю, — пояснила я.
Он оторвал взгляд от моих губ и мы снова встретились глазами.
— Ты не можешь мне ответить тем же самым?
— Наверное, нет…
— Но тебе приятно, когда я тебя целую?
— Я не поняла. Архип, пожалуйста, поехали. Я хочу домой. Меня будут искать.
В его глазах мелькнуло неподдельное расстройство и огорчение.
Мне хотелось вцепиться в него, кричать, что все, что я сказала, неправда, и я тоже… Тоже люблю.
Но я не могу. Эта слабость может стоить нам слишком дорого…
— Конечно, я… Отвезу тебя домой. Идем.
Он указал рукой на машину. Я сделала лишь шаг в сторону, но снова была поймана в объятия. А потом мои губы опять нашли требовательные его.
— Я сумасшедший… — шептал он мне, целуя мои губы и лицо. — Я совсем сошел с ума от тебя, Снежинка. Даже если ты меня не любишь, то знай — я тебя люблю.
От его слов ноги стали ватными, и я еле устояла на ногах.
