Он точно утешится довольно быстро…
— «Нас»? — переспросила я. — Никаких нас нет, Архип. И не будет. Скажи спасибо за это своей же семье. Все, отпусти меня. Нас скоро будут искать, урок уже начался. А у меня потом опять из-за тебя будут проблемы.
— Ты говоришь мне «нет»? — подытожил Архип нашу беседу.
— А ты рассчитывал на что-то другое после всего, что было? — изогнула я одну бровь. — Ты уже забыл, как ты меня в бассейне чуть не утопил и унижал меня? А я вот помню. Помню, и не могу тебе этого простить.
— Кристин… — почти прошептал Ветров. — Я очень виноват перед тобой. Я вел себя как свинья, согласен. Но я ведь понял свои ошибки. Я просил и прошу снова у тебя прощения. Нельзя же казнить человека за то, что он оступился. Дай нам шанс… Ты ведь тоже любишь меня…
Он снова потянулся к моим губам, которые я до боли закусила после его последних слов, чтобы не разрыдаться, и у огромным усилием воли увернулась от поцелуя. Если я сейчас дам слабину, то стану нашим палачом. И целоваться мы опять будем до следующего урока…
— Нет, Архип, — говорила я.
— Услышь меня, пожалуйста! Я с тобой не буду. И повторю то, что сказала Роме: не преследуй меня. Я так решила, уважай мой выбор.
— Но почему? — словно не желал верить и слышать меня Ветров. — Почему, Крис?
В ответ он наоборот теснее сжимал меня, причиняя невероятную боль этим. Сейчас он отпустит меня и уйдет, поверив в частичную правду. Уйдет и больше никогда меня не коснется.
А на самом деле я давно простила его.
Я поняла, что все делал он не со зла. Сейчас его отношение ко мне изменилось, это очень видно, но только показать ему, насколько взаимны его чувства, никак нельзя.
— Потому что я не смогу тебе верить, Архип, — объясняла я, и сама пыталась в это верить. — Какие могут быть отношения, если у меня нет к тебе доверия и так много между нами обид?
— Как мне загладить свою вину? — не выпускал упорно он меня из рук. — Скажи мне, я готов на многое. Только скажи, как мне быть с тобой?
____— Ничего, — упрямо покачала я головой.
— Ничего мы не сможем с этим сделать, Архип. Отпусти же…
— Все-таки «нет»?
— Нет, извини, — прохрипела я, ощущая, что готова разрыдаться прямо здесь и сейчас. Да и его глаза подозрительно блестели. — Я прошу тебя не подвергать нас обоих опасности и не говорить со мной в пределах школы.
— Какой опасности?"
"— Я не поняла, а что мы тут делаем? — раздался за нашей спиной голос завуча школы Кошкиной.
