Случилось то, чего я так боялась, да так скоро это случилось!
Нас поймали!
И не кто-нибудь, а сам Владимир.
Теперь он сделает из нас отбивную. Он мог бы…
Мы даже сбежать не сможем сейчас. Мы ничего не сможем…
Не станет же Архип драться с отцом Динки?
Или станет?
Ужас какой… Только не это.
— Если ты не выйдешь немедленно, Кристину больше не увидишь никогда, — грозно глянул на него Владимир. — А если выйдешь, то я обещаю тебе: ничего я ей не сделаю, мы просто поговорим.
Ветров снова проявил упрямство и лишь сжал кулаки.
— Выйди, Архип, — попросила я его. Мы встретились глазами, по взгляду парня я понимала, что никуда он выходить не желает. Но если он не уйдет все может кончиться хуже. — Прошу тебя. Со мной все будет хорошо.
Парень остался как прибитый к полу.
— Архип. Выйди. Прошу! — повторила с нажимом я, ощущая, как накаялется воздух вокруг нас. Нельзя злить Владимира сейчас еще больше.
— В конце концов, это наши семейные дела, — сказал Завьялов и отпихнул от себя Ветров. — Щенок… Я сейчас вызову охрану, и тебя все равно выставят.
Алло, Миша, ну-ка поднимитесь в комнату моей падчерицы, тут буйный один. Выставить вон и больше никогда не впускать на территорию.
Он повесил трубку и устремил злой взгляд на Архипа.
— Я сказал, вон.
Архип все же подчинился. Он понимал, что его все равно сейчас выволокут парни, и ничем он мне сейчас уже помочь не сможет. Его теперь даже в дом этот не пустят никогда. Ну а я — вообще неизвестно где буду находиться теперь. Я порчу планы Владимира, он мне этого с рук не спустит.
Он оглянулся через плечо снова у самой двери, а потом все же потянул ее на себя и вышел.
Мужчина сложил руки на груди.
— И что мне с тобой прикажешь делать?
— Простите… — пролепетала я.
— Простите? — повторил он издевательским тоном. — Взять и простить, да? Мы с тобой вообще-то как взрослые люди договорились, а ты в моем же доме с ним тут лижешься! Бесстыдница. Вот твоя благодарность за то, что я тебя кормлю?
— Я… Я не просила такой участи себе.
— Да? Тогда я могу прямо сейчас снять попечительство, и ты поедешь жить в детский дом. Пусть тебя Архип как хочет оттуда вытаскивает. Хочешь?
— Нет… — ответила я, ощущая огромное унижение его шантажом. Он считает, что теперь может делать со мной все, что хочет. И так оно и было… Он решает мою судьбу во всех возможных сценариях. Слезы бежали по щекам, но я их на замечала.
— Я тебе квартиру пообещал, образование, — продолжал говорить муж моей матери.
