Девочка-яд

Сон в самолете дело неблагодарное – я чувствую себя разбитой и больной старушкой, а не молодой девчонкой восемнадцати лет от роду.

Да еще и Демьян продолжает вести себя так, как будто бы мы с ним вообще не знакомы. Допиваю свой чай и выхожу из-за стола, а затем бреду к лестнице и медленно по ней поднимаюсь. Увы, но шагов позади себя я не слышу. Поворачиваю к своей комнате и замираю у двери. Жду пять минут, а потом и десять.

И только понимая, что он не пойдет за мной, как обычно, я наконец-то понуро вхожу в свою спальню.

Здесь все как прежде знакомо и незнакомо одновременно. И до воя хочется вернуться обратно на солнечный остров Бали, где было все так предельно понятно. А не торчать здесь в полной и беспросветной безызвестности.

Остаток дня разбираю вещи, а потом и готовлю на завтра костюм в институт. Выбор останавливаю на плотных шерстяных брюках в английском стиле и мягком черном пуловере с белым отложным воротников на выпуск.

И все это время дверь в мою комнату приоткрыта.

Сажусь за рабочий стол и начинаю повторять учебный материал, почти забытый в отпуске. В суть вникаю плохо, прислушиваясь к звукам за моей спиной. Но там абсолютная тишина. Неужели он не придет?

Прикусываю подушечку большого пальца, а потом с досадой беру руки телефон. Может написать ему и спросить какого черта происходит? А может лучше вообще пойти к нему и настучать по его тупой башке? Было бы не плохо, но, ни одно, ни другое, я себе позволить не могу.

Как ни крути, а я себя не на помойке нашла.

"

"А дальше ужин и все вновь разбредаются по своим комнатам. И на этот раз спальню свою я запираю на замок, а потом понурая и практически растоптанная иду в душ, а дальше и вовсе, зашвырнув телефон под подушку, открываю книгу и пытаюсь читать. Ох, и как меня бесят эти бесплодные попытки!

Так проходит час, а потом и еще один. И вот уже обиженно дрожит губа, а в уголках глаз собирается преступная соленая влага. Боже, мне так хочется быть рядом с ним! Так сильно, что кажется, будто все суставы выкручивает в его сторону, помимо моей воли.

Какого черта вообще? Разве он не понимает, что медленно убивает меня сейчас? Разве не чувствует, что нужен мне?

Стук.

Всего один и сердце буквально разлетается на куски. И дальше уже не до гордости. Рывок и стремительный поворот завертки на двери. И буквально тут же он форменно сметает меня словно ураган. Облегченный обоюдный стон и даже одежду толком снять не получается.