Онлайн-библиотека книг
– Довлатова? – орет Евсеева, – А скажи-ка мне, родимая моя, где сейчас твой сводный брат?
В отупении трясу головой. Зачем ей эта информация? Понять не могу, но на автопилоте выдаю ответ на ее вопрос:
– На квартире. Заболел, – и голос мой словно у робота.
– А, ну ладно, – бурчит подруга, – значит, это его двойник тут с телками отжигает.
– Что? – и неосознанно прижимаю руку в районе груди.
Господи, ну почему же так больно?
– Фотку прислать, Довлатова? – словно тесаком рубит каждое слово Анька.
– Нет, – выдыхаю, – я сама посмотрю.
И отключаюсь.
До уборной еле добегаю. Меня выворачивает наизнанку снова и снова. Я не могу ни справиться, ни подготовиться к таким щедрым подаркам судьбы. Но я, ведомая инстинктами, встаю, умываюсь, чищу зубы, с каким-то отчаянием замазываю синяки под глазами и переодеваюсь. Джинсы от нервной трясучки получается застегнуть только с третьего раза, но я все же справляюсь с этим, а потом и с остервенением натягиваю на себя первую попавшуюся футболку.
Беру в руки телефон и вижу сообщение от Евсеевой: «Такси уже ждет тебя».
Тихо выхожу из комнаты, точно так же, словно тень, спускаюсь по лестнице, накидываю пуховик и покидаю дом. И уже через час я вхожу в наполненный ритмичным битом ночной клуб. Здесь меня уже встречает Анька и ее брат. Оба смотрят на меня так, что хочется ударить их.
Не надо меня жалеть, я сама во всем виновата.
И вот уже огни стробоскопа слепят мне глаза, а заводная попсовая мелодия издевается над моими расшатанными нервами. Тут и там целуются пары, и я в каждой ищу его высокий и статный силуэт, только вот ребята тащат меня дальше и дальше, пока мы не выходим на площадку второго этажа.
Вип-зоны.
Именно здесь золотые мальчики с помпой отдыхают на бархатных диванчиках.
Стискиваю перила и вижу Его. Сразу же! Я ведь его из тысячи узнаю.
"И моя душа, выдирая с мясом свои корни, покидает меня и улетает в небо. Ей слишком больно в этом теле, что истекает кровью. Она меня бросает, оставляя на растерзание этой неприглядной действительности.
Ян Аверин, парень, которому я подарила свою первую ночь и свое сердце, пренебрежительно плюнул на все это. Оттолкнул носком своей дорогой брендовой обуви, а потом и вовсе растоптал, не оставляя мне ни единого шанса.
