Девочка-яд

И те его слова, подслушанные украдкой, до сих пор выжигали мне мозги серной кислотой.

– Твоя драгоценная Светочка просто разнюхала сколько у дяди Паши бабла на счетах и обмерла от видимых перспектив. А ты решил это судьба, да? Увы. Зря, пап, ой, как зря ты нас так упорно сводишь! У нее и дочурка там такая же профурсетка, руку даю на отсечение! Сколько ей, м-м? Уже вошла в брачный возраст? Вот увидишь, недели не пройдет, как и она начнет подбивать клинья, только уже ко мне.

Господи, как он мог пороть такую дичь о моей маме? А обо мне? Как только додумался до такого, не зная, по сути, ни черта.

Конечно, сначала и я не понимала, в силу своего возраста, что происходит в нашей семье. Это потом мой разум прояснился и все расставил по своим местам, но тогда я думала, что мы идеальная ячейка общества, что мой крутой папа любит мою красивую маму и вообще ему больше никто в этой жизни кроме нас не нужен. Ага! Ну, обо всем по порядку.

Мама с папой в Гнилуше познакомились. Она, красавица и умница, приехала к тетке погостить, а он первый парень на деревне, да еще и на мотоцикле рассекает, как никто и никогда.

Любовь вспыхнула между ними как маков цвет и дала свои плоды в виде меня, когда маме было всего восемнадцать. Мама обратно к родителям в Сосновый бор уехала в Ленинградскую область, а отец в Москву на заработки. И первое время все у него получалось. Они с другом детства – Игорем Евсеевым (отцом Аньки и Кира) открыли мотошколу, а потом и соответствующий салон при ней. Дела шли в гору и, когда мне было три, папа окончательно нас в Москву перевез, в свою собственную квартиру, красивую, просторную и светлую.

А еще, я тогда не знала, что папа с мамой никогда не были в браке официально. Мама так и осталась Бондарь, но мне отец все же свою фамилию дал. Сподобился. Так что, очень приятно, Ярослава Дмитриевна Довлатова, будем знакомы.

Я, естественно, мотокроссом увлеклась и прониклась сразу. Тут уж сам Бог велел. Там же, в мотошколе и на «Супермото», познакомилась и сдружилась с Аней и Киром, что были старше меня всего на год.

И понеслось: тренировки, соревнования, первые места в Кубке мотошкол, а в пятнадцать я получила золотую медаль за участие в шоссейно-кольцевых гонках. И за всем этим я не заметила, как быстро и безвозвратно рушилась наша привычная жизнь.

Я очень хорошо помню, как ругались родители, как пьяный в дугу отец кричал на мать, как не приходил ночевать домой, а потом и вовсе пропал.