Девочка Эмина

— Так, все, — я бросаю взгляд на часы, — отсчет пошел. Молись, чтобы Эльдар и его выродок вернули мне мою жену. И обязательно — в целости и сохранности. Ты попал в крупную игру, Максим. Мне жаль.

Осмотрев парня, я пришел к выводу, что ему не помешала бы медицинская помощь. Велю своему человеку ее обеспечить. В моем штате есть молчаливый врач.

— На выход, — бросаю охране.

— И долго я здесь буду? — кричит Ковалев вслед.

Оборачиваюсь назад, впиваясь в него красноречивым взглядом.

— Чем меньше, тем лучше. Для нас обоих, — цежу я, думая о Диане.

Я покидаю дом. В машине меня уже ждет водитель, я давно перестал водить сам. С нервами все чаще стал давить газ в пол.

А это чревато тем, что Диану я могу никогда не увидеть.

Внутри с Ковалевым остается дополнительная охрана. Его комната заперта на ключ, а в двери специально вырезан проем для еды, как у заключенных в камере.

Прости, парень. По-другому я не могу. Ты — мой единственный шанс обойтись без кровной мести.

Иначе я просто убью Эльдара. Собственными руками.

На телефон поступает звонок. Кто бы сомневался…

До отца уже дошла информация о Ковалеве. Ведь Эльдар рвет и мечет.

— Эмин слушает, — ухмыляюсь в трубку.

— Вырос, обнаглел, бесстрашный стал!.. — причитает он в трубку, — совесть потерял против дяди идти! — гневается отец.

— Я вижу, ты в курсе событий. Да, я выдвинул дядюшке свои требования взамен на мальчишку, и теперь на кону стоит репутация Эльдара. Если он хочет, чтобы о его беременной дочке никто не прознал, он вернет мне мою жену.

— Он тебя посадит, Эмин. За ту девочку из Сибири посадит. Надолго и навечно! Ты понимаешь это, сын?!

— Девочка из Сибири… — ухмыляюсь я, — да, ты прав. Ты прав, отец. Девочка из Сибири еще аукнется всем нам.

— Что это значит?! — взревел отец.

— Это значит, что я верну Диану. Любой ценой. Даже если потом за решетку придется сесть… за девочку из Сибири, — ухмыляюсь грубо.

И сбрасываю звонок.

Пошел к черту, трус.

Выйдя из дома, я на миг остановился.

Бросаю взгляд в сторону, но во тьме ночной не вижу ни ветки. Освещение нулевое, машина далеко.

Держу руку на курке. Предохранитель уже снят, время не теряю. Опыт, прожженный годами.

— Вы что-нибудь слышали? — бросаю охране через плечо.

— Нет, Эмин Булатович, — хором.

Хмурюсь, пытаясь вглядеться во тьму.