Девочка Эмина

Я думала, Эмин пришел проследить, как хорошо я выполняю приказ слушаться его. Я готовилась ко сну, когда он сказал:

— Собирайся, маленькая.

— Куда?

— Сегодня ты в последний раз увидишь своего отца.

Я робко подошла к Эмину, но по-прежнему боялась смотреть в его глаза. Там не было тьмы, но эта холодная серость — она была проводником в самую бездну.

— Эмин, я не виновата.

— А кто виноват, маленькая? — его губ коснулась жестокая усмешка, — правильно. Это я убил свою мать.

— Эмин… — глаза защипало.

— И брата. И отца.

— Эмин! — выкрикнула я.

— Я конченый. Как ты живешь со мной, маленькая? Не боишься, что и тебя постигнет та же участь?

— Эмин, умоляю, прекрати! Это говоришь не ты, слышишь?!

— А кто?"

"Я резко замолчала. Ты из Андреева все выжал. До капли. Ты знаешь, что я не виновата. Тогда за что ты так со мной?

Эмин усмехнулся и покачал головой своим мыслям. Отвел глаза и рывком отшатнулся.

Я несладко поежилась: его накрывала тьма.

Глава 72

— Почему вы позволили себя схватить?

Это первый вопрос, что пришел мне в голову.

На самом деле вопросов было много. Личных вопросов.

«Не чужие друг другу все-таки», — с горечью подумала я.

Булат вскинул на меня острый взгляд, выдержать который было непросто. Такого Булата я не боялась. Он был истерзан, ранен и связан, но самое главное — он был деморализован. Обезоружен, угнетен и подавлен. Он, как и Эмин, не понимал мое желание увидеться напоследок.

Булат ответил мне не сразу — ему было сложно говорить. До меня не сразу дошло, что на его коже были многочисленные ожоги.

— А ты разве не в курсе заговора? — хмыкнул Булат, — сложно не лечь мордой вниз, когда крысы уже в твоем доме. И щели поздно закрывать.

Он об Эмине и Расторгуеве, поняла я.

— Я думала, вы сдались добровольно. Это бы прибавило вам чести.

Мои слова разозлили бывшего авторитета. Терять власть — всегда несладко, и поэтому Эмин наотрез отказался оставлять меня с Булатом одну, когда я попросила уединения.

— Доверие пагубно, — вдруг изрек Булат, — верным был только Андреев, а доверял я всем.

— Оставьте. Сделайте хотя бы вид, что уходите из жизни добровольно. Так более благородно. Ведь вы даже не жили, Булат. У вас были деньги, власть и безумие по женщине, которая разлюбила вас, но вы не жили, — я покачала головой.