Девочка Эмина

Сухо пообещал, что проведает ее. А я забыла сказать ему ее адрес."

"Он отвел взгляд и уехал. А перед этим подошел ко мне вплотную и поцеловал. Жадно, дико, словно в последний раз пожирал меня. Оставил еще один след на моей коже. От вчерашней ночи их не обобраться — всю себе присвоил.

— Я вернусь. Жди меня.

Я ушла в ванную. Рассмотрела все свои синяки, которые оставил Эмин прошлой ночью. Укусы на шее. Засосы. Смотреть на себя было страшно.

А если бы мама увидела? Или папа? Которого больше нет…

Я заснула мгновенно.

Миновала третью комнату, в окна которой заглядывал мрачный монумент. Легла в свою постель, в комнате которой вчера были выбиты окна. И отключилась.

А проснулась от того, как громко вертится ключ в замке. Нервно, натужно. Кто-то уже долго мучился с замком.

Вскрывал его.

Я бросаю взгляд на часы. Полночь. Эмин должен быть уже высоко в небе.

Сердце заходится в неприятном предчувствии. В необузданном страхе.

«Не беспокойся, больше никто из чужих сюда не ворвется», — обещал Эмин.

Значит, это не чужие?

Вот только подняться с кровати я не успеваю.

Так и застываю в постели, сжимая в руках собственную пижаму.

Дверь с грохотом бьется об стену — сначала входная, а затем и в моей спальне. В полной темноте зажигается фонарь — мощный, яркий. Как вспышка. Его направляют на меня вместе с дулом пистолета.

Тяжелым, массивным.

— Обыщите всю квартиру. Но осторожно, без выкрутасов.

Этот голос хрипел от недовольства. Сердце ухает в низ. Натягиваю одеяло до подбородка.

Наконец, в спальне зажигается свет.

Я крепко сжимаю ткань. Страшно. И Эмина рядом нет.

— Как я и думал. Сукин сын!

За людьми с пистолетами, вычеканивая шаг, появляется мужчина. Большой. У него густые темные брови, но уже седые волосы. И борода большая, тоже седая. На его руках набиты татуировки, значение которых одному дьяволу было известно.

— Так, так, так… И кто это у нас здесь?

Натягиваю одеяло выше. Откидываю за спину черные волосы. И прищуриваюсь с ненавистью.

Это Анархист. Чувствую, что это он.

Нутром чувствую.

Словно после близости с Эмином мне передалась его чуйка.

Часто моргаю глазами, чтобы ушла пелена слез. Смотрю на дьявола, не отводя взгляд.

Это он приказал меня убить. По его приказу меня едва не изнасиловали. И теперь он пришел за мной. Добрался.

И в этот раз Эмину меня не спасти.

Анархист подходит к кровати. Не стесняясь, опускается на край. Хватает меня за подбородок, как свою собственность. Так, как только Эмину было дозволено.