НИ вдохнуть, ни выдохнуть, ни пошевелиться не дают:
— В таком случае, вас могут и перенести. Такое бывает, когда, знаете, появляется более приоритетный пациент. Если другому операция будет показана из-за немедленной угрозы жизни, ваше место отдадут ему.
— А как же деньги? — спрашиваю пересохшими губами.
— Они никуда не денутся. Даже через год останутся на балансе. Просто ждать вам придется дольше.
— Год? — я усмехаюсь.
— Нет, что вы, но знаете…
— Все может случиться? — переспрашиваю.
— Именно! Подумайте, Варя.
У вас несколько дней есть. Если надумаете, — он подходит ко мне, дает в руки визитку. — Позвоните.
Глава 21
Варя
Игорь Львовичу около сорока. Он взрослый самодостаточный мужчина. Судя по кольцу на безымянном пальце — женатый. Ума не приложу, зачем ему намекать матери пациентки на интимную близость. Деньги у него есть, он может снять себе девушку. Выбрать в век информационных технологий точно есть из чего.
— Я не позвоню.
Все и так понятно. Не собираюсь я с ним спать ради того, чтобы Алинку побыстрее прооперировали.
Если начнет вставлять палки в колеса и оттягивать — поедем через другую клинику.
— Зря вы так, Варя, — хмыкает Игорь Львович.
Я впервые пытаюсь рассмотреть в нем мужчину. Осматриваю черты лица: впалые глаза, острый нос, квадратный подбородок и широкие брови с высоким лбом. В темных волосах густая прорезь седины. С его работой — не удивительно.
— Это вы зря. У вас престижная высокооплачиваемая должность, а вы размениваетесь на домогательства. Не страшно?
— Какие домогательства? — спрашивает невинным голосом.
— О чем вы, Варенька?
Мне становится противно, и я толкаю дверь кабинета, вылетая из него с нервами. Даже про Ратмира забываю, сразу иду к выходу. Если доктор вздумает идти за мной, я за себя не ручаюсь. Такая злая сейчас, что убивать готова.
Ратмир нагоняет меня у машины. Я зло дергаю ручку двери, но машина-то на сигнализации, начинает верещать. Впрочем, Ратмир тут же ее отключает, а затем подходит ко мне с вопросом:
— Что случилось? Плохие новости?
Я молчу.
Обхватываю себя руками. Плакать хочется. Это какая-то вселенская несправедливость! Я так рассчитывала на эту операцию! Надеялась, что уже через три недели мы полетим, а тут выясняется, что могут еще тянуть. И все потому что я перед ним ноги отказалась раздвинуть.
— Варя, — Ратмир трогает меня за плечи. — Что случилось? Что-то плохое?
Я, наконец, поднимаю на Ратмира взгляд. Он обеспокоенно всматривается в мое лицо, а я начинаю плакать.
