Делаю кофе и сажусь на барную стойку, когда мать Дамира огорошивает меня новостью:
— Сын все рассказал о проблеме Алины. Я, конечно, готова поехать с вами, чтобы поддержать тебя и Кирюшу. Буду с вами столько, сколько потребуется. Если ты не против, конечно.
От неожиданности я теряю дар речи. Дамир, получается, уже обо всем договорился и его мать согласилась? И даже не спросила, к чему вдруг такая спешка? Ее что, вчерашнее происшествие совсем не удивила или в их семье травля газом вполне естественна?
— Я не против.
Не ожидала, что Дамир вам так быстро расскажет все. Мы только вчера обсудили, я думала, расскажем вам вместе.
— О, Дамир утром мне все рассказал, и я согласилась. Трудно мужа, конечно, оставлять, но сын пообещал, что присмотрит за ним.
Я решаю промолчать и не лезть к ней с расспросами о вчерашних странностях. Может, для нее это действительно нормально, но не удивлюсь, если Дамир ей ничего толком вчера не объяснил. Просто вывел из дома и привез сюда, тем более, что вчера она была дезориентированной и даже немного сонной.
Пока Ирина без конца щебечет о том, что нужно будет обязательно взять с собой в поездку, я вдруг понимаю, что мы покидаем Дамира здесь одного. Он сам будет решать все проблемы и… нет никаких гарантий, что выиграет и останется в живых. Я сглатываю. Почему-то становится немного страшно. С ним всегда так. Никогда, сколько я помню, не было спокойно. Тишина и легкость это не про Юсупова.
Он огонь, буря, торнадо, сметающее все на своем пути.
Я сильно сомневаюсь, что у меня получится его сдержать. Он ведь не послушает меня и сделает по-своему. Тянуть нам и правда некуда, Алинке скорее нужна операция, она позволит ей наконец стать нормальной, а разве есть что-то важнее этого?
— Все в порядке? — спрашивает Дамир шепотом.
— Нет.
Когда его мать уходит посмотреть, где дети я решаюсь отвлечься от кофе и посмотреть на Юсупова. Он серьезен, ждет, что я скажу, а мне не хочется с ним спорить. Я просто подхожу к нему и обнимаю за шею, тычусь носом ему в плечо и едва сдерживаюсь от всхлипывания.
Не хочу уезжать, не хочу, чтобы он здесь оставался. Я готова жить, где угодно, лишь бы знать, что в безопасности.
— Я ждал другого, — тихо говорит он.
— Я не хочу скандалить. Давай проведем этот день в объятиях друг друга? Просто будем рядом. Ты ведь билеты уже купил?
— На завтра.
Я киваю. Почему-то я так и думала. Он быстрее отправляет нас подальше, чтобы у него были развязаны руки.
