Девочка. Книга вторая

Я кивнула, радуясь за парней и миссис Хоуп, но не за себя.

— Что будет, если я откажусь от поездки?

— Тебя отвезут домой, — тихо произнесла она, и по глазам я поняла, что такой сценарий тоже был предусмотрен Барреттом.

— Понятно… — опустила я глаза.

Да, на меня не стали давить, не стали ставить ультиматумов ""не полетишь ты — не полетит никто"", мне просто дали понять, что если я не желаю этой поездки, меня вернут домой.

— Лили, — сжала мою ладонь Эльза и, видя мое состояние, произнесла: — зная Барретта не один год, не думаю, что он пытается таким образом что-то тебе продемонстрировать.

Все гораздо проще. Есть обязательства, которые выше наших желаний. Он планировал приехать, но его могут задержать дела. А тебе лучше сейчас отдохнуть и набраться сил в теплом климате.

— Значит он может и не появиться в Таиланде… — грустно кивнула я.

— Может и не появиться, — честно призналась Эльза.

— На сколько планируется поездка?

— На две недели.

Я украдкой вздохнула и посмотрела в проницательные голубые глаза Эльзы.

Я должна была задать самый важный вопрос, который сдавливал мне виски, должна была узнать правду, несмотря на ноющую боль, занозой сидевшей в сердце.

— Эльза, я просто хочу знать, даже если он прилетит в Таиланд, что это будет значить для него? Быть со мной или просто быть?

— Не знаю, моя хорошая, — с грустью в голосе произнесла Эльза, — я не знаю, как сложатся ваши отношения в будущем. Я только хочу, чтобы ты поехала и отдохнула, — тебе, твоему организму и психике это сейчас необходимо.

"

"""Вы позвонили на телефон мистера Барретта. Оставьте свое сообщение после сигнала"", — слышался отголоском автоответчик в моей голове, и в этом был весь Барретт. Жесткий и непроницаемый. Ни уговоров, ни объяснений, ни обещаний, ни гарантий. Но я любила этого человека, любила вопреки всему. Моя любовь не требовала взаимности, и на нее нельзя было поставить ограничение или счетчик. Она просто была — без условий, формулировок и требований.

Я почему-то была уверена, что если я сейчас откажусь от этой поездки, то больше никогда не попаду в мир Барретта.

Да, я могла попросить сейчас отвезти меня домой, тем самым подведя черту под этим жестоким приключением, после чего моя жизнь пойдет своим чередом — я вернусь в свой мир и продолжу идти по своему пути. Но, зная себя, я понимала, что не смогу спокойно жить, не смогу отпустить наше с ним короткое, но общее прошлое, пока не попрошу у него прощения за то, что стала причиной его ранения.