Девочка. Книга вторая

— Он тратит на это баснословно много денег, — закатил Алек глаза, а я мысленно скривилась: ""Вероятно, он и меня решил купить, как предмет искусства для своей коллекции"".

— Гарем он тоже себе коллекционирует? — стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, спросила я.

— Ну если у него и есть гарем, то я о нем ничего не знаю, — пожал плечами Алек, а я вновь задумалась: ""Может быть, в прошлом они с Барреттом не поделили женщину?""

— Ты просто говорил, что он пожиратель женских сердец… — начала я издалека.

— Оу… ты об этом. Ну Назари любит женское общество, — ухмыльнулся Алек.

— Значит, будет со спутницей? — задала я вопрос, и внимательно посмотрела на Алека в зеркало. Если между мужчинами в прошлом стояла женщина, то Назари мог появиться именно с этой дамой, чтобы выбить Барретта из зоны комфорта.

— Ну, у него есть эскорт для светских мероприятий… — задумался Алек. — Но вот уже несколько месяцев, как он появляется везде один.

— Один так один, — улыбнулась я и, несмотря на ответ стилиста, продолжила развивать эту тему: — Но все же, вечер организует Барретт, и по твоим словам он не для простых смертных.

Может быть, у Назари есть особенная избранница для подобных мероприятий? — произнесла я и тут же добавила, чтобы скрыть истинную причину моих расспросов: — Если есть, то о чем мне с ней говорить?

Алек вновь нырнул вглубь своего сознания за очередной порцией данных, через секунду вынырнул и продолжил, как ни в чем не бывало.

— Если и будет, то с Аделлой — знаменитой сингапурской певицей и актрисой.

Ее знает вся Малайзия. Или с Мелиссой Хансен — светской львицей и дочерью одного норвежского промышленника. Первая обожает французский кинематограф, а вторая помешана на спорте. В свое время серьезно занималась большим теннисом.

Я внимательно, слушала, кивала, запоминала, но параллельно думала о своем. Я могла и ошибаться, но меня не оставляло чувство, что эти девушки не могли стать яблоком раздора двух Хищников.

""Может быть, Алек целенаправленно утаивает от меня какую-то важную информацию, опасаясь гнева Барретта?"" — пронеслась мысль, и я украдкой бросила взгляд на стилиста.

Он, как и прежде, был невозмутим, сосредоточен на работе, и судя по его виду, не пытался ничего скрыть. ""Нет, — мысленно покачала я головой, — если бы между Назари и Барреттом стояла женщина, такой светский сплетник, как Алек, пусть невзначай, но выдал бы взглядом или жестом интригу между этими двумя Хищниками"".