Словом — далеко не та пошлая алая ванилька с мега-пушапом, в которой я сначала умудрилась закадрить старого похотуна Садальского, а потом удирала от обдолбавшегося Махеева. Нет, здесь было совсем другое. Этот наряд был сдержанный, но с характером — именно с моим характером, как будто кто-то заглянул мне в душу и увидел там что-то самое главное! И даже тату на плече впервые в жизни пришлось к месту.
До последнего гадала — кто? Пока я была в душе, зайти в номер мог как Коломоец, так и Гордеев. Чисто по-мужски пожелать или же наоборот, безэмоционально счесть целесообразным увидеть на мне именно этот наряд — тоже.
А вот найденный в том же пакете фиксирующий наколенник и тюбик обезболивающего геля от растяжений ввели меня в ступор. Это была такая тонкая и тёплая забота, что меня обдало мурашками… но я не могла отнести её ни к одному из «своих» мужиков!
Нет, ну правда, им обоим было одинаково всё равно на мою травму. Ни один из них за всё время даже ни разу не поинтересовался как я себя чувствую, продолжаю ли лечение, выполняю ли рекомендации врачей.
Разница лишь в том, что Коломоец, в отличие от Гордеева, хотя бы проявлял интерес ко мне лично.
И сразу стало неловко. Похоже, Сергей всё-таки сделал очередной шаг навстречу и теперь очередь за моим ответным. И это, конечно, круто! Ну хотя бы потому, что он богатый, красивый и не дурак. И даже не гей! Вообще супер-комбо! Журавль, прилетевший прямо руки — осталось только распахнуть ему объятия.
Но меня это почему-то вовсе не радовало.
Ровно в десять вышла из своего номера, но всё равно Гордеев оказался быстрее — он уже ждал в холле на этаже. А вот Сергей, как истинный Большой Босс, задерживался. В итоге, мы с Игнатом больше пяти минут в молчании простояли возле лифта. Но когда я наклонилась, чтобы поправить ремешок на босоножке, он вдруг сухо уточнил:
— Колено зафиксировала?
И пока я заторможенно разгибалась, чувствуя, как в груди разгорается что-то до одури приятное, явился наконец Коломоец.
Увидев меня, красноречиво присвистнул. Я вспыхнула. Но не потому, что стало приятно от его внимания, а просто жар из груди ударил вдруг и в голову.
Это всё-таки был Гордеев! Закусила улыбку. Вот же… гад!"
"Счёт равный: я побывала в его спальне, пока он был в душе — он ответил мне тем же. Я спалила его тайные пристрастия — он притащил одну из своих игрушечек мне… И тут же чокер на шее словно стал туже.
