Так может, «план Б» не так уж и плох? Но почему он тогда не «А»?
* * *…«Опасность и эрекция — вещи несовместимые!»
Без комментариев. Когда меня в последний раз так урывали? Так, чтобы я рот открыл, а что сказать не нашёлся? Да и что тут сказать, вообще, если не в бровь, а в глаз?
Девочка умная и хваткая — вот что меня в ней так торкает. Дурная, конечно, но это молодость. Я в её годы был гораздо бестолковее. Она Верке этой своей конченой верит, а я три года в яме отсидел. Тоже «по дружбе»
Так стоп, опять вовлечение.
Девчонка мне никто, как и я ей. Нет и не может быть никаких аналогий и переносов, тем более для меня.
Но Коломоец, сука, точно допрыгается у меня…
Глава 17
На следующий день опять много мотались. Я следовала за Коломойцем очень исполнительным, но по большому счёту бесполезным хвостиком, просто тупо проставляя галочки в его электронном ежедневнике или вежливо улыбаясь каким-то людям, по всей вероятности его партнёрам.
С Гордеевым тоже вела себя паинькой — послушной и ответственной.
Смиренно испрашивала у него бессмысленного одобрения для каждой изменённой буковки в графике большого босса и не искала больше повода покапризничать, доказывая что-то личное.
А всё потому, что минувшей бессонной ночью до меня, наконец, дошло главное — моей должности в этой конторе, похоже, просто не существует. Не удивлюсь даже, что и предыдущий помощник «пропал» именно потому, что его просто сократили за ненадобностью.
И теперь я здесь только потому, что Гордееву нужно было как-то устроить мне выплату кругленькой суммы. И не удивительно, что Сергей заподозрил нас с ним в связи — уж не знаю, как обосновал ему необходимость во мне Гордеев, но самому Коломойцу, похоже, не особо-то и нужна подобного рода помощница.
Словом, я прижухла и просто старалась оправдать оказанное мне доверие. А вот мысли были заняты Веркой — нужно было как можно скорее добраться до отделения и вызволить её.
Но пока не получалось."
"День прошёл в разъездах, а ночью снова был клуб. Загородный. И среди тех, с кем на этот раз культурно зависал Коломоец, я узнала парочку его «дневных» партнёров. Неприступно-деловые при свете дня, ночью они словно скинули заколдованную шкурку, превратившись в прожигателей жизни. Пили без меры, курили траву, сорили деньгами, забористо пошлили и словно товар на витрине капризно перебирали подъезжающих эскортниц.
