Всё вроде ничего, спокойно и тихо. Ещё несколько раз я обращалась к парню за дверью, на счёт воды и новых подгузником, и мне приносили всё необходимое практически мгновенно.
Одно только тревожило и беспокоило: хозяин дома не спешил ко мне приходить, для разговора, который я просила несколько раз. Поэтому поздно вечером, когда Амир полностью насытился и наконец-то уснул, я засомневалась в исполнении своей просьбы. Решила больше не ждать волнующей встречи, а принять долгожданный, горячий душ и лечь спать.
Я прошла в королевскую ванну, с большой с джакузи, душевой кабинкой, множеством мягких полотенец, и всяких разнообразных приспособлений для купания.
Набрала полную ванну горячей воды, добавила всяких душистых масел и на целых десять минут забылась, позволяя себе, впервые так расслабится."
"А потом вспомнила где я, и при каких обстоятельствах прекращая приятное блаженство. Покинула ванну, спустила воду и приступила вытирать насухо тело. А когда закончила, поняла что ничего не взяла для сна. Грязные вещи, которые уже выбросила в корзину для стирки, не хотелось больше надевать, поэтому обмотавшись в одно из мягких полотенец, я вернулась в спальню.
Только вышла за дверь и сразу застыла. В комнате было практически полностью темно, небольшой свет попадал из-за слегка приоткрытого окна, в которое светил уличный фонарь. Хотя перед тем как идти в ванную, я чётко помнила, что в комнате был включён свет, а занавески на окнах были полностью открыты ещё с утра.
Испуганно бросившись к кровати, я останавливаюсь в шаге от неё, облегчённо выдыхая, когда убеждаюсь, что Амир спит, как и спал до моего отсутствия.
Но моё временное спокойствие мгновенно развеивается, когда за спиной я слышу шорох, а потом знакомый хриплый голос:
— Почему ты не ешь?
Глава 19
Милена
Застываю, а вместе с этим, задерживаю на мгновение дыхание. Так неожиданно, странно и пугающе. При этом, моё сердце ускоряет ритм, а моё тело реагирует…не так как должно.
— Я не собираюсь тебя травить, — продолжает мужчина, и я слышу его приближающие шаги за спиной.
— Ты нужна мне живой…Разве это не понятно.
— Зачем я тебе? — тихо спрашиваю, судорожно сглотнув.
— Защитить, — отвечает без замедления. — От тех ублюдков, которые хотят твоей смерти, за информацию в документах…
— Ты знаешь…? — удивляюсь, пытаясь, развернутся к мужчине лицом, но его руки ложатся на мои предплечья, удерживая в прежнем положении.
Одновременно, моё тело пробивает озноб, а ноги, словно не мои…дрожат и совсем не держат.
