Девочка-лед

Эта твоя идеальная жизнь, если копнуть, не так уж идеальна, верно? Брат и отец, который и не отец вовсе.

— Прекрати, просто замолчи! — вымученно повторяет он.

— А ты заставь меня! — толкаю его в грудь, провоцируя.

— Хватит! — рычит в ответ.

— Неприятно слушать, да? Что ж, давай! Заставь меня заткнуться. Тебе ведь ничего не стоит в очередной раз растоптать меня!

Я делаю это, ожидая чего угодно. Что начнет кричать, грубить. Может, ударит даже. Но я точно не предполагаю того, что произойдет дальше.

Роман делает всего один шаг.

За секунду преодолевая считанные сантиметры, которые нас разделяли. Хватает меня за пылающие щеки и резко склоняется к моему лицу. Не успеваю я сообразить, как, ойкнув от неожиданности, оказываюсь прижатой к злосчастной двери. Еще секунда — и его губы с силой впечатываются в мои, заставляя замереть на месте от шока.

Как кирпичом по голове.

Испугавшись, выставляю ладонь между нами, но в этом нет абсолютно никакого толку. Роман скользит пальцами по моей скуле, пробирается в волосы и удерживает затылок так, чтобы я не смогла отодвинуться.

Беспомощно дергаюсь, стараясь игнорировать близость его разгоряченного тела и поцелуй, обрушившийся на меня, как снег на Африку.

Мычу ему в рот, пробую отвернуться, но парень вообще не реагирует. Настойчиво штурмует мои плотно сомкнутые губы, не обращая внимания на то, как отчаянно я сопротивляюсь. Пытаюсь выбраться, отдалиться от него, но ничего не выходит.

Начинаю помимо воли дрожать всем телом. Мне нечем дышать. В ушах гулко стучит кровь.

Собственная беспомощность доводит до слез. Сердце колотится как ненормальное. Бьется о грудную клетку, и, кажется, что я вот-вот умру.

Он вдруг проводит языком по моим губам, и вдоль позвоночника неладным строем бегут мурашки…

Так и стою, оцепенев. Не в силах даже пошевелиться. Настолько меня ошарашивает вся эта нелепая ситуация. Ситуация, которая вообще ни при каких обстоятельствах произойти не должна была.

Роман, словно ураган Катрина. Сокрушительно ломает мою гордость.

Он очень напорист, и мне ничего не остается, кроме как принять свое поражение. Трусливо сдаться. Просто чтобы эта унизительная пытка поскорее кончилась…

Этот его поступок… Кто ему право дал? Не с ним я представляла свой настоящий, первый, взрослый поцелуй!

В следующий момент мы переходим от состояния «плохо» в состояние «катастрофа».

Пальцами правой руки давит на скулу. Мой рот вынужденно приоткрывается, и… он пробирается туда, куда я никого еще не впускала.