Девочка на лето

Сходи завтра с Джой куда-нибудь, попытайся познакомиться с кем-то еще и отправь фотки, чтобы я могла убедиться, что он восьмерка.

– Посмотрим. Возможно, сначала мне понадобится некоторое время, чтобы смириться с отказом. – Я сворачиваю на Сикамор-уэй и сбавляю скорость. – Ладно, я подъехала к папиному дому. Напишу тебе позже.

– Хорошо. Люблю тебя, детка, – щебечет она, а после отключается.

Так странно возвращаться в дом детства, в котором у меня даже собственной спальни больше нет. Близняшки узурпировали ее, поскольку она больше, чем другой вариант, который папа и Ния сейчас используют как гостевую комнату.

Именно там я сплю, когда приезжаю в гости, и мой старый дом больше не кажется мне по-настоящему родным. Кроме того, Ния сделала ремонт во всем доме вскоре после того, как переехала сюда. Там, где дизайнерский вкус моей мамы проявлялся в серых, кремовых и белых тонах и современной мебели, Ния предпочитала яркие цвета. Ее страсть – разномастная мебель, предметы, создающие скорее уютную атмосферу, чем музейную. Не могу отрицать, декор Нии мне нравится больше.

А еще не могу отрицать, что меня задевает факт, что новые папины дочери спят в моей комнате.

В холле меня встречают возбужденные крики. Ко мне приближаются два темноволосых торнадо, а затем две пары рук обвиваются вокруг моих ног, будто жадные щупальца.

Они обе выкрикивают мое имя, словно и не видели меня весной. Честно говоря, это здорово тешит мое самолюбие. Я с энтузиазмом заключаю их в медвежьи объятия, но Мони́к так активно прыгает вокруг, чересчур взволнованная моим появлением, что теряет равновесие и, в конце концов, вырывается из тройных объятий, плюхаясь на пол прямо на задницу.

Ее сестра Роксана начинает улюлюкать от смеха.

Я поднимаю Мо на ноги.

– Привет, наглючки, – говорю я. – Как жизнь?

– Жизнь. Просто. Ужасна, – объявляет Рокси, главарь этих двоих. Обе мои сестры обладают милым, очаровательным темпераментом, но Роксана определенно более властная, всегда говорит более авторитетным тоном.

Она старше на две минуты и относится к этой роли очень серьезно. Даже если бы у нее не было этого крошечного родимого пятна на левой скуле, которое позволяет мне различать их, я бы узнала Рокси только по тону ее голоса.

– И почему же она ужасна? – спрашиваю я, борясь с улыбкой.

– Ты скажи ей, – говорит Мо, как будто Рокси в любом случае не собиралась этого сделать.

– Мама не покупает нам черепашку.

Я пристально смотрю на них.

– Да! – Рокси громко фыркает.